Каждый охотник желает знать

Ту ночь провёл в лесу, ежась от холода в корнях сосны у реки.

На следующее утро Сараг рассказывал приятелю на берегу, что ему приснился снежный леопард, которого он однажды ловко подстрелил из лука. Стоя на двух лапах, лесной хищник говорил с ним, и голос его был точь-в-точь, как у его дочери Нансы.

Сама Нанса при встрече с отцом рассчитывала немного на другую реакцию. Истошные крики не на шутку испугали ее, вскоре она поняла, в чем дело. Пожалуй, стоило подождать до утра с показом ее работы, в трезвом виде, отец, несомненно, проявил бы большее уважение к ее работе.

У Нансы ушел почти месяц на то, чтобы перекроить шкуру снежного леопарда в некое подобие охотничьего костюма. Пусть белый цвет и выделялся в лесу летней поры, пушистая шерсть защищала от клыков и когтей гораздо лучше, чем тонкая ткань ее потрепанного городского платья. В таком наряде можно было без опаски принять предложение Кенрона и Ирмана прогуляться в лес под их присмотром. Или тогда ей так казалось.

– Вокруг никого, – раздался голос Кенрона.

Он появился так внезапно, что Нанса вздрогнула и потеряла равновесие. Она бы непременно свалилась со ствола сосны, на котором лежала, если бы не протянутая рука в черной перчатке. Нанса села на бревно, не рискуя больше на него ложиться.

– Прости, кажется, напугал, – Кенрон с виноватым видом почесал затылок.

– Эта затея уже не кажется мне такой интересной, – сказала она. – Я хотела скоротать время, пока отец пропадает на речке. Побыть в хорошей компании.

Ирман появился из неоткуда на краю поляны. Потягиваясь и разминая шею, он направился прямиком к Нансе и Кенрону.

– Если говорить по справедливости, забег был твоей идеей, – сказал он. – Мы бы справились быстрее, стой ты на месте.

– Надо признать, в этот раз мы сами спровоцировали зверей, – сказал Кенрон.

– Так давайте перестанем их провоцировать, – предложила Нанса.

– Кто же ходит в лес, в белом посреди лета? – спросил Ирман, затем хитро ухмыльнулся.

– Издеваешься? – воскликнула Нанса. – Эта куртка – моя первая удачная работа. Оказывается, последний штрих – замазать все грязью. Хорошо, будь по-вашему, вы специалисты по лесной живности.

– Прятаться – не всегда лучший выход, – сказал Кенрон. – Блеф работает не реже.