Каждый охотник желает знать

— Такой концовки я не ожидал, — сказал Кенрон. — Но ведь ты здесь, кто-то должен был выжить, чтобы продолжить род и передать тебе эту историю.

— Нет, умерли все. Если не веришь мне, зачем спрашиваешь?

— Но…

— Затем в долину прилетел зеннатский корабль, — продолжила Арвин. — Всех тварей перебили, а проход в скале завалили камнями. Зеннатцы собрали останки кобольдов и поместили в их научную машину. Через некоторое время в стеклянных баках этой машины стали появляться кобольды, причем, не дети, а уже взрослые. Эти кобольды не могли размножаться сами, отныне все кобольды, которых ты можешь встретить, явились из стеклянных колб зеннатской машины.

Раньше история, которую рассказывали кобольдам, была немного другой. В ней говорилось, что не все куски убитых кобольдов попали в машину, а только те, которые понравились зеннатцам, что прилетели на корабле. Так кобольды стали красивее и более привлекательными для людей, чем были. В поздних версиях истории эту часть стали упускать.

— Удивительно, у зеннатцев есть машины на все случаи жизни! — воскликнул Кенрон.

— Эту историю заставляют учить каждого кобольда, ведь машине с колбами нужны деньги, чтобы она работала. Так у каждого кобольда при рождении появляется долг перед Зеннатом, который кобольд должен выплатить полностью, прежде чем стать свободным.

— Долг? — спросил Кенрон. — Что, если кобольд откажется его выплачивать?

— Тогда дар жизни будет у него отнят, разумеется.

— И сколько кобольд должен Зеннату?

— Обычно кобольд живет шесть десятков лет, — сказала Арвин. — На то, чтобы выплатить долг, уходит примерно пятьдесят лет. Закрыв свой долг, кобольд может вернуться в Светлую долину и жить там, больше не работая, пока не помрет от старости.

Кенрон почесал подбородок, он старался представить себе другую сторону, но его воображение не позволяло увидеть все в красках и деталях.

— Эта долина — родной край кобольдов, почему же ты не хочешь туда возвращаться? — спросил он.

— Нет, провинившиеся кобольды возвращаются не в долину, а к машине, производящей кобольдов. Они обслуживают ее до самой смерти, не получая никакой награды.

— Да, вам нелегко, но это лучше, чем вообще не родится на свет, — сказал Кенрон, пожимая плечами. — Постой, кобольды продавцы словно мысли друг друга читают, они не узнают про этот разговор?

Арвин рассмеялась, хотя слезы все еще медленно ползли по ее щекам.

— Спасибо за заботу.