Каждый охотник желает знать

Решение войти в пивную до того, как там окажется компания из трех важных кобольдов в итоге оказалось верным. Кенрон и Нанса успели осмотреть помещение, скрываясь в камуфляже, трактирщик все это время стоял за стойкой и очень медленно жевал сырую рыбину, иногда пуская слюни на пол.

Когда трое кобольдов, наконец, вошли в помещение и уселись за одним из столов, Кенрон и его подруга наблюдали за ними, стоя у одной из бревенчатых стен.

– Не верю, что ты был прав, – прошептала Нанса. – Они действительно говорят о твоих родителях.

Кенрон кивнул. Он не мог наверняка знать, о чем кобольды собираются беседовать, и готов был уйти ни с чем, но, похоже, удача им все же улыбнулась.

Разговор приятелей прервал трактирщик, который выбрался из подсобного помещения с покачивающимся на руках подносом. Он подошел к посетителям и принялся расставлять на столе угощение: три больших кружки пива, тарелку с сырой рыбой и миску с куриными яйцами, варить которые никому не пришло в голову.

Доктор Фаугер пригубил теплого пенного напитка и отправил в рот яйцо, с хрустом раскусил его и проглотил вместе со скорлупой.

– Дело в том, – сказал он, – что госпожа Лисидия…

В этот момент одна из кружек с грохотом обрушилась на стол.

– Эй, доктор, а зачем ты таскаешь с собой эту гребенку? – спросил Герфедон, который отбил руку ударом кружки, но выдавать боль не собирался. – Если ты не заметил, волос у тебя нет.

Фаугер взглянул на одного своего приятеля, затем на другого, те в ответ пристально смотрели на него.

– Лучше и в самом деле поговорим об этом, – предложил он. – Госпожа Лисидия строго наказывает тех, кто выбалтывает ее секреты.

Он неторопливо покрутил гребень в когтистых пальцах. В этот момент Кенрон успел заметить на предмете в руке кобольда надпись на незнакомом языке.

– Отличный гребень, не так ли? – спросил Фаугер. – Трактирщик, принеси пива и рыбы, я расскажу эту историю.

– Похоже, сорвалось, – сказала Нанса и опустила взгляд, ей так хотелось помочь Дарлиду и его жене, хотя бы собрав информацию об их болезни. – Идем отсюда. Мы еще можем успеть обшарить кабинет Фаугера.

Кенрон взглянул на нее и, поджав губы, кивнул. Сейчас было уже ясно, что доктор Фаугер по собственной воле не расскажет ни единой тайны Лисидии, и не важно, сколько кружек теплого пива он в себя вольет.