Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

Азариэль, сквозь пелену мрака, увидел перед собой воина, поглощённого огнём и приближающегося к нему и оставшийся верный Ордену рыцарь перешёл в атаку, которой так жаждал. Он подошёл к нему практически вплотную. Противник попытался пырнуть шипами булавы Азариэля, обхватив её как копьё и ударив как пикой. Но парень ушёл из-под удара, сделав разворот возле него, и оказавшись спиной к алтарям, просто одним ударом клинка ударил в темечко предателя. Послышался хруст костей, но Азариэль не стал останавливаться.

Пальцы предателя ослабли, и моргенштерн с лязгом рухнул на пол, а охваченная горячим пламенем голова покатилась в сторону алтарей, озарив то место и развеяв мрак, показала, что было за местом почитания Даэдра.

Последнее, что увидел Азариэль, это как из сумрака выступили десятки бочонков с маслом и ящиков с огненной солью, и как пламя постепенно перекинулось на эти бочонки.

Но вот неизвестная отрава взяла верх над волей и стойкостью Азариэля и ноги обмякли, подкосились, потеряв свою силу, и парень рухнул на холодный пол Собора не в состоянии даже пошевелить чем-нибудь.

– Выносите его, быстрее! – послышался знакомый голос.

Он почувствовал, как к нему подбегает человек, поднимает, закидывает на спину и понёс прочь из собора, который постепенно переходит во власть огня. Ещё один человек подошёл к моргенштерну, подобрал его и тоже побежал прочь из проклятого места.

Но вот наступил момент, когда Азариэль потерял сознание, перестав даже чувствовать. Его тело онемело, и практически охватил полный паралич. Изо рта потекла пена, а сердце стало биться из последних сил, приготовившись к принудительной остановке.

– Быстрее, тащите его наружу! – крикнул человек с моргенштерном, уже бежавший по лестнице.

До конца пещеры оставалось совсем немного, как прогремел страшный взрыв, и пещера в буквальном смысле стала проседать. Порода посыпалась на бегущих, и сам потолок пещеры был готов обрушиться на них, придавив, но в последний момент они выбежали из холма, который просел, став одним из неприметных элементом равнины.

Но всё было не так прекрасно, как хотелось. Азариэля сковали предсмертные судороги, его тело почти парализовалось, по всему телу проступили синюшные вены, изо рта била пена, а сердце практически остановилось.