Сломанная цивилизация

Почему-то ни пули ни целенаправленный йорн в виде пучков и лучей не вредили щитам церковников, а атаки с земли со стороны эльфов каким-то странным образом блокировали сами солдаты церкви. Казалось будто те видят потоки йорна, словно Явар-яури… единственное, что хоть как-то подкашивало ряды наступающего врага- это эльфийские стрелки.

- Бран. Я не прошу сейчас вызывать подкрепление, но выйди на поле боя! Ты сможешь разбивать их строй и поможешь нашим стрелкам!

Я ничего отвечать не стал. Просто спустился и дойдя до центра наших войск вышел прямо под прицелы вражеских стрелков.

- Не бойтесь по мне попасть! Стреляйте при первой возможности!

Выкрикнув это, я схватил меч убитого наемника и ринулся на врага. Да уж, мой вид точно должен воодушевить союзников- человек в маске грешника идет в смертельную схватку с силами церкви, у коей я должен быть изгоем.

Выстрелы врага были метки, но я не падал и не оступался, я ведь демон.

- У эльфов бессмертный грешник! Они вызвали демона! – кричали церковники, пока я их убивал.

Я буквально с прыжка влетал в щитоносцев, руша их строй в центре, а затем, проносясь мечом по их шеям, словно ножом по маслу отрубал им головы, и те падали замертво. Солдаты пытались защитить свой авангард, но наконечники копий пережёвывали мои механизмы и выплевывали с обратной стороны, а мечи у церковников оказывались слишком широкими, поэтому обычно им лишь откусывало колющий наконечник.

Пускай я сказал стрелять мне в спину, но никто так не делал. Каждого вражеского солдата я убивал сам, лишь несколько раз мне слышался залп со стороны союзников, это были несколько эльфов на деревьях в тот момент, когда рядом стоящий отряд рассыпался при попытках остановить меня.

Я сдерживаю солдат врага на одном месте, мой дождевик хоть был и сделан из очень гладкой ткани, но все равно на местах швов и потертостей оставались следи от крови, а маска на моем лице уже была вся в рубцах и царапинах, но я старался не позволять наносить удары в голову.

В один момент меч сломался, соединив металлический вражеский щит и щитоносца воедино, при этом кусок клинка застрял так , что обломок лезвия торчал прямо между губами церковного символа. Мне показалось это забавным.

Как только клинок сломался, у меня не было времени искать новый, поэтому я бросился в рукопашную.

Щитоносец, сломавший мой меч, был первым в шеренге.