Сломанная цивилизация

В остальное время нужно было либо сильно напрягать зрение или носить с собой фонарь.

Каждому новобранцу выдавали снаряжение по приезду в лагерь, в которое входило: полевая форма с возможностью взять со склада запасную. Обе представляли собой комплект из комбинезона, шлема, железного нагрудника, аптечки первой помощи и респиратора. Фильтры респиратора нужно было самостоятельно чистить после двенадцати часов работы. Ещё в ироке выдают набор инструментов, необходимый для работы, и личное оружие, которое в случае с Наумом представлял собой короткоствольный карабин на пятнадцать патронов со складным прикладом.

Таким вполне можно было пользоваться, держа его в одной руке как пистолет.

Весь военный лагерь представлял собой три дюжины палаток примерно одинокого размера, которые выполняли роли, как и казарм, полевых госпиталей, мастерских, складов, так и штабов, откуда при помощи резонирующих ультразвуковых передатчиков передают шифрованные сообщения на поля боя, или прямо в главный штаб по линии передающих резонаторов.

Зайдя в свою палатку, Наум сразу же встретил немного паникующие и испуганные взгляды его новых сослуживцев. По крайней мере так смотрели те, кто уже и раньше служил в Камассе, а те новобранцы, которые были приняты вместе с ним, даже и не смотрели в сторону Наума, возможно им было стыдно.

Внезапно к нему подошёл один из тех людей, которые таким странным взглядом сверлили Наума.

- Неважно, что ты говорил, все равно будешь делать то, что я скажу…

Этому вояке – инженеру, кажется, пришлось пережить куда больше, чем капитану, или даже генералу, у которого все конечности были на месте.

У него не было обеих рук по плечи, а часть головы была покрыта швами до неузнаваемости искривлявшими его лицо настолько, что даже открыть рот без помощи вживлённого в его щеку механизма он не может, а левый глаз был окружён железным ободом со вставленным стёклышком. Этот механизм, вероятно, автоматически увлажнял глаз, который лишился век.

- Вы это так пострадали во время боя?

Со всем уважением обратился Наум к вояке.

- Боя? Я с первого дня войны ни одного Иллакийца не видел! Это- все результат случайного разрыва снаряда.

Эти слова не сильно удивили Наума, будто он сам готов так пострадать за свои идеалы.

- А, впрочем, не важно, слушай, Наум, мы тут все знаем, что ты настоящий патриот, но сегодня ты любишь свою родину, а завтра любишь оторванную руку, застрявшую в заряжающем механизме пушки двухметрового диаметра.