Дорогой скорби: всё начинается с запада

Ариан, Ремиил и Люций на одной посудине приплыли к твёрдой суше, что укрыта прохладной тенью от деревьев, а вместе с ними, и восьмёрка рыцарей с двумя следопытами.

Ремиил, могучий рыцарь, пройдя песчаный брег, шелестит мифрилом о невысокую траву, его лёгкие заполоняет приятный аромат сырого леса, а в ушах поёт слабый-слабый ветерок, ласкающий грубый лик воителя. Если бы тут не было солдат Имперского Легиона, то он даже радовался тому, что его операция приходится в таком умиротворённом и тихом месте.

- Какое прекрасное и изумительное место, - восхищается Люций, потирая свой длинный серебристый изогнутый эльфийский ятаган.

- Брат, ты давно не неофит, - грубо заговорил Ремиил, пытаясь себя скорее вернуть к операции. – Не стоит засматриваться на прекрасы природы. Это отвлекает от миссии.

- Ты всегда строг, - пытается парировать Люций. – Мы – воины прекрасного Ордена, который помимо охраны мира от страшного врага, собирает чудесные вещи. И думаю, что мы всё-таки должны созерцать красоту природы, чтобы не стать кусками льда.

- Вспомни кодекс, - чугунно молвит Ремиил. – Рыцарь Ордена есть аспект чести, справедливости, благородства, мужества, сдержанности, стойкости и хладнокровия. Ему не подобает распаляться на то, что не связано с его долгом, - рыцарь обернулся к воинам. – Следопыты, прочешите лес на предмет угроз или диких зверей, - суровый взгляд упал на латников в светлых блестящих доспехах. – Рыцари, нужно разбить лагерь. А мы с Люцием и Арианом отправимся в старый город, потолкуем с командиром имперских войск.

Пока рыцари стали раскладывать привезённое с собой снаряжение – конструкции быстро возводимого донжона, а следопыты скрылись в лесу, трое отправились на встречу к имперскому командования.

- Скажи, Ремиил, тебе не кажется странным, что ради исполнения миссии, нам позволено вступить в конфликт с Легионом?

- Нет, Люций. Таков наш долг. Таков долг нашего Ордена – любыми средствами и методами хранить мир от покушений на него тёмных сил.

- Только вот не всегда нашим собратьям это удавалось, - в разговор вступил и Ариан. – Сколько лет наши не проявляли себя? Междуцарствие – позор в истории нашего Ордена. Мы не смогли даже меча поднять против Баала.

- Говорят, что наш Орден берёт начало от варваров древней Атморы. Вот это величество и слава, - восхитился Люций. – Только я не верю в это. Но только печально, что все известнее и чёткие летописи начинаются с середины первой эры.