Двое из бара

Ночёвку устроили на небольшом скальном плато, помня, что местная живность замечательно передвигается под песком и может затянуть или резко появиться посреди лагеря.

Сидя всем отрядом у костра, ужиная остатками провизии, я рассказал про приключение на вершине заброшенного храма и хранителя.

Все были впечатлены, особенно после повторного пересказа Айлора в своих красках и переживаниях. Напросившись на конец ночного дежурства, я попросил Филлику подготовить мне все стрелы, которые у нас есть, займусь пересмотром и правкой наконечников, а из сломанных сделаю более-менее пригодные стрелы.

На ночное дежурство меня разбудил Айлор, я поблагодарил его за оставленный травяной чай, принял смену.

Размявшись, прошёлся по лагерю со своей прелестью. Всеми полюбившейся самодельный фонарь из камня, добытый в пещере, где жила куча жутких арахнидов, осветил наш периметр в поиске, не пряталась где какая тварь.

Проверив периметр, я уселся у костра, попил чайку и принялся за работу, до поднятия отряда мне предстояло вернуть боевое состояние стрелам, а также подлатать доспехи.

Дежурство прошло штатно, пара заблудившихся пустынных живностей, получившие в глаз свечением от моего фонаря, резко набирали скорость и удалялись, что привело меня на мысль и на творческие эксперименты по выявлению отпугивающего свойства моего самодельного фонаря.

Но, почуяв мою академическое пристрастие к опытам, живность больше не появлялась в зоне моей видимости и дальности свечения фонарика.

Раздосадованный продолжил точить наконечники стрел и утром решил передать эту мысль об эксперименте доктору, как-никак, это его вотчина, вот пусть сам ищет животных и мучает их как Мюллер Штирлица на допросе.

Как только появилось сияние зари, пошёл будить всех. Долго стоял над Филликой, думая, как бы её разбудить, нежно, ласково или припомнить её шалости по отношению ко мне, но не успел. Филлика, почуяв мой взгляд, проснулась, вопросительно посмотрев на меня, на что я раздосадованный объявил:

— Подъём!

С доктором не церемонился, пара пинков по ногам, и док как новобранец вскочил пулей уже на взлёте, ища рукоять меча на поясе.

— Подъём!

Андрей, пытаясь ещё сонный вытащить меч и порубать на мясной фарш любую неприятность, был сразу успокоен и отправлен костру пить чай.