Метаморф. Алчущий силы - 3

Самое жуткое было в том, что они были еще живы, буквально сросшись с полом подземного мира.

Те же, кому повезло чуть больше, прямо сейчас старательно расползались и пытались прийти в себя.

Правда, им никто не собирался давать на это времени.

Раздалось столь знакомое жителям третьего уровня хлопанье крыльями и в вышине мелькнул красный цвет.

- Мантикора! – раздался панический крик одной из жриц, в этот момент пытавшейся поднять на ноги бесполезных мужчин. Магия тьмы защитила ее от части взрыва, поэтому она чувствовала себя намного лучше обычных бойцов.

Свист!

Упавшая с черных небес тень плавно скользнула мимо замолчавшей жрицы и растопырила крылья, чтобы погасить скорость.

Верхняя часть черепа жрицы, хлюпнув, рухнула на землю. Тело почти сразу последовало за своим мозгом, решив прилечь.

Макс, оказавшийся прямо среди контуженных эльфов, мгновенно отменил крылья, которые с щелчком отсоединились от его спины.

Прямо сейчас он сменил привычную зеленую чешую, на серовато-красную. Крепость мантикоры оказалась в разы выше, поэтому теперь Морф с Максом использовали именно ее за основу своей брони.

Один из опытных эльфов вскинул вверх клинок, намереваясь пронзить голову метаморфа. Поражение основного мозга было тяжелым ударом даже для таких тяжело убиваемых целей.

Вот только кто ему бы позволил?

Принять покрытый эльфийскими письменами клинок на костяную броню, поморщиться от того, что эта дрянь начала успешно ее прорезать, после чего сильным ударом сложить врага почти пополам, отбросив куда-то в сторону.

Острые когти, правильно поставленный удар и чудовищная скорость позволяли вообще рвать тела пополам. Но жизнь эльфа продлили доспехи и укрепление тела.

Впрочем, его жажда жить лишь создали ему же проблем. Удар буквально порвал его желудок и кишки, попутно раскрошив нижнюю часть позвоночника.

Эльф ветеран только падал на землю, а Макс уже принялся носиться среди врагов, сея смерть и разрушение.

Он не пытался останавливаться на одном месте, как и обязательно убивать, но зато каждый его удар рвал плоть, отрубал конечности или крошил кости.

Это было особенно легко сделать с удлинившимися лапами с огромными длинными когтями, против которых даже сталь иногда пасовала.