Аристократ. Книга 4. Печать Грязных Искусств

Я читал о них в «Хрониках бриттонских подземелий и неизведанных глубин», там такое…

— Ладно, я понял, что всё плохо. Потом расскажешь.

Хоть в чайном зале никого больше не было, всё же не хотелось бы слишком откровенничать. Возможно, про Змеиные пещеры ещё никому из наследников не сообщили. Ребекка ведь инструктаж не проводила.

Тут в зал чинно прошествовали трое камердинеров. Они принесли завтрак и разместили на журнальных столиках блюда, расставили чашки с кофе, графины с соком и прочую ерунду.

Желудок заныл при виде еды.

После напряжённой и бессонной ночи есть хотелось невыносимо.

Я еле дождался, когда слуги выйдут, и поспешил к ближайшему столу. Правда, успел зажевать только один бутерброд.

В чайный зал вошли трое парней в дорогих костюмах.

Нежданным гостям было около двадцати. Один из них сразу вышел вперёд и обозначил свой лидерский статус.

Темноволосый, кудрявый и загорелый, явно прибывший оттуда, где много солнца. Высокий, широкоплечий, с крепкими руками. На его тренированных запястьях и тыльных сторонах ладоней темнели морские татуировки.

— Кто из вас Теодор? — громко спросил он, опуская приветствие.

— А ты кто такой? — в той же манере обратился я к нему.

— Тот, кто выживет в Змеиных пещерах, — объявил он и ухмыльнулся.

Глава 3. Четыре Искушения

Этот самоуверенный и развязный говнюк не понравился мне сразу.

С другой стороны, я и похуже говнюков встречал.

Он мог не произносить своё имя — и так было понятно, что это Матиас Ринг.

Парень шагнул в чайный зал и направился прямиком ко мне.

И чем ближе он подходил, тем больше ощущалась разница в росте. Он был на голову выше меня, крепче в плечах, массивнее, тяжелее.

Даже крепыш Дарт на его фоне выглядел куда скромнее. Я уж не говорю про Хиннигана: очкарик не дотягивал макушкой ему даже до плеча.

Матиас остановился у стола и взял бутерброд.

Сунул его в рот целиком и смачно зажевал.

— Блевотина.

Потом вытер руку о скатерть и уставился на меня.

— Без обид, пацан, но я ожидал большего. Вы меня не впечатлили. Ни ты, ни Георг. Белая кость, аристократы хреновы, малахольные выскочки. От одного вашего вида подташнивает, как от протухшей рыбьей икры. Ты нюхал когда-нибудь тухлую рыбью икру? Вот от вашего дворца несёт примерно тем же. Вы все тут провоняли.