Менталист. Трансформация

Смесь отчаяния и злобы, каждый сантиметр тела на взводе, хвост трубой, шерсть колом.

Ничего не оставалось, как просто пойти дальше.

— Поговорим дома, — пробурчал я себе под нос, чтобы вернуть часть уверенности в лучших традициях отца.

Показалось, или где-то далеко-далеко я услышал смех.

Конечно же, это проделки симбиота, иначе и быть не может. Но вот с каких пор он умеет разговаривать? Этот вопрос, несомненно, интересен, но не первостепенен.

Вернувшись в квартал, попросил Ганца запретить людям пару дней выходить за пределы огороженной территории и никого не пускать.

По этой же причине решено было остаться в квартале. Я эту кашу заварил, мне её и расхлёбывать.

Весь вечер был проведён в расчётах. В квартал приехал Генри, чтобы я точно не сошёл с ума от цифр и количества страниц в документах. Фактически сейчас старый немец управлял всем нашим имуществам, все остальные были заняты, согласно их компетенции.

Милослава взяла под контроль госпитали и больницы второго уровня, иначе говоря, среднего города. Здания укрепляли, в городе была объявлена военная тревога, все лекари переходили в подчинение целительницы.

Отец собирал все возможные войска, готовил людей к обороне, расписывал планы защиты стен. Я помогал, моя артель возглавила строителей родов, Ганц успешно работал над стеной.

Даже сейчас мы с Генри в очередной раз считали и думали, сколько солдат можно отправить в бой от великих родов.

Боеспособность великих кланов была равна всем остальным родам вместе взятым, зачастую даже меньше. Это подразумевало равновесие, поодиночке великие дома можно разрушить, достаточно только собраться с силами и придумать план, но вот всю четвёрку побить невозможно. Это тузы, причём козырные, бьют всю колоду.

Даже оторванные от книг Кира и Мир делали своё дело. Родственники курировали всех людей, способных строить порталы, сейчас они отрабатывали взаимодействие. Среди новичков были дети и старики, редко встречались неучтённые молодые мужчины и женщины, в основном их вербовали в армию.

Я слышал, что самой маленькой портальщице было девять.

Оставалось чуть меньше пяти дней, работа кипела, но мне казалось, что этого недостаточно.