Душа из Янтаря

«...эх.» — Серьёзно, он отказывался понимать эту женщину. Зеро только и делает, что хорошенько проезжается по её нервам – иногда даже буквально – а она и рада. Казалась беспросветной сукой при встрече, но сейчас... — «Плохой день у неё чтоль был?..»

— Я недавно в Обществе Душ. — Начал он, коротко выдохнув. — И повезло мне наткнуться на дезертира из Готей...

Рассказ о днях недавних шёл легко, непринуждённо – и Рей с удивлением поймал себя на том, что ему приятно разговаривать. Может так сказывалось безделье, может слегка отбитая натура самой Шичики – но на неё сложно держать обиду.

Зеро впервые за долгое время наслаждался расслабляющей болтовней «ни о чём», развалившись на спине и поглядывая в небо.

Но долго момент не продлился – примерно через сорок минут девушка вынуждена была упорхнуть. Сперва в душ, а затем и на работу: ей предстояло сменить караульного на одном из объектов. Что это за объект и что за караульный спрашивать, понятное дело, невежливо – тут Шимоцуки привычно воздержался от всякого любопытства.

Чётко разграничивать работу и личное. Этого золотого правила, слава Ками, придерживались даже в духовном мире. Потому он, ещё недолго повалявшись и полюбовавшись красотой медленно плывущих облаков, решил и сам освежиться, а затем сходить погулять. К превеликому счастью, ему разрешено ходить по Сейрейтею.

Закончив мыться, ноги Шимоцуки понесли хозяина прямиком к выходу – сквозь знакомые уже тропки вниз, с холма – потому как пялиться на один и тот же пейзаж уже не было никаких сил.

— Что, опять? — Спросил безликий на посту, безразлично мазнув черноволосого глазами.

Рей даже не уверен, говорил ли он с одним и тем же шинигами, но отвечал как всегда:

— Угу. — Кивнул. — Иду на прогулку.

За прошедшие дни он не раз бродил по улочкам ослепляюще-белой столицы духовного мира, развеивая наплывающую дрёму. Это сталось одним из его любимых занятий, потому как город – без необходимости через него нестись – весьма впечатлял, представляя собой отличную гармонию меж холодом камня и буйством зелени.

Даже без учёта огромного парка, в закромах которого и крылся Второй Отряд, жители Сейрейтея любили разбавлять серость бытия цветами. Шимоцуки частенько заставал местных важных дам за поливом, а их служанок за удобрением и пересаживанием.

Даже символы отрядов Готея, как он с удивлением обнаружил на уроках чтения, представляли собой различные цветки. Их отряд красовался прострелом – ядовитой сон-травой, будто склоняющейся к земле...