Последыш Древних

Но это лучше, чем на следующий день лезть на стены - так решил Агликано.

Прошло примерно три часа. Рота стояла в неглубоком распадке в полумиле от лагеря. Ни шороха, ни звука. В городе все спокойно и солдаты стали роптать, мол, чего ждем, ничего не будет. Однако противник уже был рядом и первыми его обнаружили не маги, а боевые дозоры, которые оттянулись за повозки и тихим посвистом, по цепочке, подали нам сигнал.

Несколько минут ничего не происходило, а затем один за другим в темное небо взлетели два световых шара.

Они озарили местность и Рунольв Виниор выдохнул:

- Проклятье!

Я промолчал, но с Рунольвом был согласен. Мы-то считали, что против нас выступит неполная тысяча ополченцев и дружинники, а увидели, что вышел весь город. Минимум четыре тысячи человек. И поле между Савассой и лагерем было усеяно людьми: мужчинами, женщинами, подростками и даже стариками, которые неорганизованной толпой, сжимая в руках дубины, молоты, ножи, самодельные пики, вилы и косы, молча, валили вперед. Горожане, обезумев, в едином порыве пошли в атаку на неполные пять сотен морейских солдат.

А за спинами этих опьяненных наркотическими отварами и речами жрецов людей, в окружении конных дружинников, находился высокий мужик в белом балахоне, барон Ятнах собственной персоной. И вроде бы расстояние до него было приличное, половина мили, но темного мага, которому место на костре, попадись он нам в руки, видели все, кто находился рядом со мной. Не иначе, какой-то чародейский прием.

- Приготовиться к маршу! - Рунольв отдал команду.

Штурмовики построились в колонну и замерли. А жители Савасса тем временем приближались к повозкам. Они по-прежнему молчали, и это было страшно. Ни криков, ни яростных кличей, ни стонов, ни женского плача. Только равномерный топот тысяч ног и дрожь земли, редкое звяканье металла и слитное дыхание людей, которые, как мне показалось, дышали в унисон. И когда до стоянки морейского отряда оставалось двести шагов, наши арбалетчики дали дружный залп. Не менее сотни арбалетных болтов ударили в толпу, и каждый нашел цель.

Первый ряд горожан рухнул, словно подкошенный, но масса людей продолжала молчать и была подобна океанскому приливу, который невозможно остановить.

В лагере пропела сигнальная труба и одновременно с этим наши чародеи метнули два крупных огнешара. Они целились в барона, который был погонщиком человеческого стада, но огненные комки до него не долетели. Они распались на кусочки, которые упали в толпу и проредили ее.