Последыш Древних

Тем временем, когда трупы врагов были собраны в кучу, появился Сьеррэ Эрахов, который сделал вид, что ничего не произошло. Он уже отмылся от дерьмеца и попытался руководить, не только своим кавалеристам, но и нам с Михаром. А мы демонстративно отвернулись, и поручик приказал воинам сносить к мертвым телам хворост для погребальных костров.

При виде такого неуважения, Сьеррэ вскипел:

- Господа офицеры! Я старше вас по званию! Поэтому требую исполнять мои приказы и проявлять уважение!

Поручик улыбнулся и сделал вид, что ничего не слышит.

А я кивнул на руку лейтенанта и сказал:

- Господин лейтенант, а у вас ладонь в какашках. Да и пахнет от вас как-то не по-военному.

- Где!?

Сьеррэ вскинул к лицу ладони и, конечно же, ничего не обнаружил. После чего, понимая, что над ним издеваются, резко развернувшись на каблуках, он ушел, и его проводили смешками.

Больше в ту ночь ничего не произошло. Пару раз на нашу стоянку выезжали патрульные из конно-егерского отряда, который должен был обнаружить налетчиков заблаговременно, но прозевал нападение.

Им мы передали пленников, которых допросят и повесят, а сами, отринув прочь заботы, завалились спать.

Поутру воины сложили два погребальных костра, и огонь испепелил тела павших воинов, морейских и вражеских. После чего наш караван продолжил путь и на окраине поляны меня окликнула Юна Эстайн:

- Корнет!

Я подъехал к девушке, которая первой обратилась ко мне, что было добрым знаком, и всмотрелся в ее лицо. Она выглядела усталой и глаза Юны лихорадочно блестели.

Всю ночь она, избалованная отцом благородная аристократка, помогала раненым и, спрыгнув с лошади, я кивнул ей и сказал:

- Доброе утро, госпожа Юна. Наши встречи не приносят нам радости и заканчиваются неприятностями. Но все равно я рад видеть вас и вы, как всегда, великолепны.

Девушка слегка улыбнулась и сказала:

- Спасибо за комплимент, корнет, и жаль, что все так выходит. Видимо, такова судьба, и опять мы расходимся в разные стороны. Но прежде чем вы снова исчезнете, я должна вам сказать, что была не права.

Вы два раза спасли меня. Сначала в Рупьенгарде, а затем минувшей ночью, а я отплатила вам черной неблагодарностью.

«Слава богам! - я кинул взгляд на небеса. - Она все поняла. Наконец-то. И ей понадобилось на это всего каких-то два месяца».

- Рад служить вам, госпожа Юна. Надеюсь, мы еще встретимся при других обстоятельствах.

- Буду рада... - она замялась, а затем все же выдавила из себя: - Будьте осторожны...