Кольцо предательства

Искры и тёплый свет — и вот сплющенные в мясо лапки вновь выглядели целыми и здоровыми. Заяц в бешеном испуге подорвался и помчался прочь в кусты.

Визг и счастливое бульканье стали смутным предупреждением, но Мира не успела им воспользоваться — саламандра уже придавила её к земле и принялась усердно вылизывать.

Это было ужасно. И жутко.

Хотелось, чтобы это как можно скорее прекратилось. Мира попыталась вывернуться, но тушка ящерицы оказалась гораздо тяжелее. Из груди вырвался звонкий смех, который не поддавался никакому контролю.

Против собственной воли, Мира хохотала до слёз.

Это было страшное и странное чувство.

Не боль — от неё хотелось не кричать, а только смеяться. Но это было чем-то чудовищно невыносимым.

Крикнувший Фин внезапно угомонил Бет, из-за чего та растерянно замерла на месте, а Мира воспользовалась передышкой и отползла чуть в сторону, хватая ртом воздух. Повернувшись к наёмнику, она увидела, как переменилось его лицо.

— Ты как? — мужчина напрягся и смерил строгим взглядом саламандру.

Та сдавленно булькнула.

— Не совсем в порядке, — Мира ещё переводила дыхание, но быстро его восстановила.

По затылку всё ещё бежали мурашки.

— Что, с щекоткой тоже ещё не сталкивалась? — вдруг догадался наёмник.

— Нет, не сталкивалась. Жутковатые ощущения, если честно, — услышав это, Бет залилась извиняющимся бульканьем.

— Всё в порядке, Элизабет, — наёмник опередил Миру и сам успокоил саламандру, с усмешкой погладив её мордочку.

Фин тем временем забрался обратно на руки, — ты не виновата, просто впредь будь осторожнее с такими бурными порывами, — и ящерица рьяно закивала. — Ну что, все успокоились? — Рид обернулся.

— Почти, — Мира кивнула и повернулась к Бет, которая с долей тревоги всё ещё смотрела на неё, — всё хорошо, правда, — и по совету Фина протянула ящерице раскрытую ладонь, в которой тут же заплясал огонёк.

Саламандра замерла, не отводя любопытных глаз от золотистого пламени. Кажется, она о чём-то с огромным усилием думала.

Вдруг из пасти показался тёмно-красный кончик языка. Осторожно, будто пробуя, Бет лизнула огонь.

Умные глаза саламандры озарило каким-то открытием.

От бурного восторга ящерицы Мира тихо рассмеялась, забыв о прошлой панике, и выпустила ещё немного огня. Она даже не вздрогнула, когда саламандра смело его поймала пастью и, отстранившись, стала смешно хлопать челюстью, из которой вырывались золотые «язычки».