Кольцо предательства

Как-то так вышло, что Мира получила кусочек своего места на его кровати – всё там же у ног, где она в первый раз и спала.

– Слушай… – Мира поджала колени к груди, – а это кольцо, оно же артефакт? – наёмник кивнул. – И как ты его назовёшь?

– Зачем мне его называть?

– Ну, в тех книгах, которые я уже успела прочитать, все сильные артефакт носят свои имена. А мы столько важных вещей собрали, что слабым такой артефакт просто не может быть.

– Не знаю. В честь острова, наверное, и назову – кольцо Предателя, – наёмник закинул руки за голову.

– А не будут ли тогда думать, что кольцо принадлежит предателю? Вдруг ты начнёшь предавать всех вокруг?

– Ну, тогда кольцо Предательства.

– Всё равно как-то не очень, – Мира шутливо скривилась, чем вызвала лёгкий смешок со стороны учителя.

– Тогда подумаю что-то ещё, когда его получу.

А на следующий день Фес крикнул «Земля!».

– Следи за ними, – с этими словами Рид передал Мире своё оружие: лук, ритуальный кинжал и топоры, – сломаешь или потеряешь – должна будешь.

– П-поняла! –Мира торопливо кивнула, ошарашенная таким доверием. А затем её пробрало от догадки. – Погоди, а ты что… ты без оружия туда?

– Ну да, они просто учёные, исследующие магию. А я – наёмник-головорез. Как ты думаешь, пустят они меня к себе с оружием?

– А сумка?

– За ней Мег присмотрит. А то ты ж в обморок упадёшь от такой ответственности, – на что Мира торопливо кивнула. Рид тихо усмехнулся и потрепал её по волосам.

Внутри всё сжалось от той волны тепла, которая обдала её при этом по-отечески добром жесте.

И Рид спустился на некое подобие помоста, где его уже ждали какие-то люди. Мира провожала Рида взглядом до тех пор, пока он не скрылся в сизой дымке. Плотная пелена окружала весь остров.

Мира спустилась к себе в каюту, чтобы осторожно разложить доверенное ей оружие и принялась за чтение. Вчера она дошла до главы, где у Руна появилась своя ученица, которая изо всех сил старалась быть похожей на своего учителя. А он смеялся и относился к ней, как к дочери.

Мира отбросила книгу. Тревога обухом ударила по голове. Фин звал её наверх.

На палубе тревожно булькала Бет. Если надрывное рыдание можно было назвать привычным бульканьем.