Кольцо предательства

– Значит, у тебя есть веские причины для подобного переживания? Разве нет?

– Белка! Я просто за тебя волнуюсь! – раздражённо шикнула Мег. Похоже, причинно-следственные связи в диалоге с ней работали не совсем так, как с тем же Ридом. А раз так, то следовало свернуть разговор. Или хотя бы не настаивать на своём.

– Поняла, прости, – Мира улыбнулась, – я ещё не очень привыкла к тому, что за меня так волнуются. Спасибо тебе.

– Не за что, – капитан довольно улыбнулась, – и раз уж мы заговорили об этом, то давай-ка проверим, как ты усвоила материал.

И они говорили о том, как отличать дружеские прикосновения от неких домогательств и приставаний. Мира старательно вспоминала эпизоды из прочитанных книг. Забавно, но здесь было довольно трудно рассуждать логически и объяснять разницу между поведением разных героев. Однако Мира хорошо ощущала разницу между осторожными, «интимными» прикосновениями того же дракона к волосам Рилай и бережному поглаживанию по голове от старшего брата из другой книги.

И дело было даже не в том, что один из них был близким родственником, а другой – малознакомым мужчиной. Мира ощущала сам характер прикосновений, их эмоциональный окрас. Причём это ей давалось гораздо легче, чем выстраивание логических цепочек, которые она так любила, но которые её так утомляли время от времени.

– Знаешь, – лицо Мег вдруг переменилось, став крайне задумчивым, – я не ожидала, что ты так здорово дерёшься. Тебе разве не было больно во время боя с Райном?

– Нет, – Мира чуть улыбнулась.

Нечто похожее она сегодня уже слышала, – я давно научилась притуплять чувствительность к боли, а после встречи с Ридом научилась это делать прямо во время спарринга.

– Честно говоря, это выглядело жутко, – Мег передёрнула плечами.

– Почему?

– Да ты себя видела?! – девушка вспыхнула самым настоящим негодованием. – Ты же такая маленькая! Куда тебе кулаками меситься с гномом?! Ещё и по лицу…

– Я знаю, что для девушек лицо очень важно, хотя и считаю это странным, – Мег резко успокоилась, вопросительно уставившись на Миру, – ну, в нашем распоряжении ведь есть столько целебных мазей и зелий… да и разве не будет обидно, если кому-то, вроде Макса или Лохара оставить жуткий шрам на лице? Они же тоже очень красивые.

– Ну… видишь ли, – протянула Мег, закинув ноги на стол, – на мужском лице шрамы, ссадины и прочие повреждения выглядят, как свидетельство многолетнего опыта.