Цена крови

— Как-нибудь проверим, — кивнул Флориан.

Они вошли в любимую наёмником красную гостиную, где по стенам были развешаны с умом подобранные композиции из холодного оружия. От старинных мечей с широкими клинками и простыми крестовинами, какими уже лет сто никто не пользовался, до вполне современных шпаг, палашей и сабель с вычурными гардами и узорами на стали.

— Рассиживаться нам некогда на самом деле, — заявил Флориан, усаживаясь на стул напротив графа. — Ты не сильно голоден после визита к художнику?

— Я умею терпеть лишения, хотя и не люблю этого, — отмахнулся де Грамон.

— Тем лучше для всех нас, — кивнул Флориан. — Дело в том, что Констанс пропал этим утром. Точнее так и не вернулся с попойки, что устроил вчера.

— Кто был с ним из твоих людей?

— Имена тебе ничего не скажут — ты их не знаешь. Прислали недавно, я с ними не успел сам побеседовать, а их уже приставили к Констансу по недосмотру.

— И они послушались его приказа, — сделал вполне логичный вывод де Грамон.

Приставленные к младшему сыну торгового князя гвардейцы оказались не в курсе одобренного отцом Констанса правила. Всегда следовать за ним, несмотря ни на какие приказы, которые тот отдаёт. Ведь Констанс при первой же возможности норовил улизнуть от телохранителей, чтобы продолжить попойку в кругу своих друзей. Охрана их к Констансу и на пушечный выстрел не подпускала, однако стоило тому сбежать, они тут же оказывались рядом с ним. И заканчивалось это далеко не всегда хорошо.

— Отчего слухи по городу поползли так быстро? — потёр подбородок де Грамон.

На этот вопрос у Флориана ответа не было, хотя самому себе наёмник его задал не раз за прошедшие с утра часы. Прежде всегда удавалось сохранить пропажу Констанса в тайне, но сегодня прямо с рассвета на базаре уже болтали о похищении младшего сына торгового князя.

— Отыщем похитителей, выспросим и это, — уверенно заявил Флориан.

— Думаешь, это будет сделать так просто? — прошёлся пальцами по бородке де Грамон, как всегда делал в минуту задумчивости.

— Было бы легко — сам нашёл, — усмехнулся Флориан, пошутив в своей обычной грубоватой манере.

Он вообще был солдафоном до мозга костей и всячески старался подчеркнуть это. Если шутил, то грубо, зачастую так, что придворные старались просто не слышать его слов. Вот только даже делать вид получалось далеко не всегда, потому что говорил Флориан так громко, словно находился на плацу, а уж хохотал на зависть всем коням Плоскоземья.