Танкист

Лейнолас привёл столешницу стола в нормальное состояние и, откинувшись на спинку кресла, задумался. Слишком много и одновременно мало было сказано. Лийния - недопетая песня его юности. Его мечта, его богиня... Как молоды они были, как любили и верили. Мечтали и творили глупости!.. Сердце сладко заныло. Он думал, что всё уже забылось, а оказывается….

Маг мотнул головой и, встав, подошел к маленькому столику со стоявшей на нём недопитой бутылкой, откинул пробку и отхлебнул прямо из горлышка.

- Оборвётся, говоришь?!

Перед глазами возник образ отца, нервно сжимающего в руках посох.

- Беги, Лейнолас, беги…

Войско эльфов было разгромлено, а его упорядоченное отступление постепенно превратилось в паническое бегство. Легионы Тёмной Империи преследовали бегущих по пятам, уничтожая всех без разбору. Лишь отряд эльфийского правителя сохранял свой слаженный строй, являясь этаким островком порядка среди творящегося на поле брани хаоса. Волны нападавших разбивались о его стальную защиту, бессильно откатываясь назад и бросаясь на более лёгкую добычу.

Однако все в отряде понимали, что так долго продолжаться не сможет, ряды бойцов медленно, но уверенно таяли, но не зря в дружину правителя отбирались самые лучшие воины, побывавшие не в одном десятке сражении, - и паниковать никто не собирался. Место павшего сразу занимал другой, не давая строю разрушиться. Они отступали по телам своих же убитых и раненых соотечественников, не обращая внимания на крики и мольбы о помощи, стараясь не думать о том, что на их сапогах эльфийской крови уже больше, чем вражеской.

Неожиданно напор врага ослаб, и дружинники непроизвольно замедлили шаг, с недоумением оглядываясь вокруг. Лейнолас, идущий в середине строя, вдруг почувствовал, как на него повеяло могильным холодом, а затем резко навалилась волна какого-то липкого противного страха, заставившего его непроизвольно вжать голову в плечи.

Отец, идущий рядом, резко остановился и обессилено опёрся на посох. Его лицо как-то сразу осунулось и посерело.

- Этого я не ожидал, - прошептал он, вглядываясь в застывшие ряды врагов, позади которых молодой эльф различил группу всадников.

Ряды противника разомкнулись и перед ощетинившейся мечами и копьями группой эльфов появилась четвёрка всадников. Трое из них были в обычных чёрных доспехах имперской гвардии и от остальных бойцов их отличали лишь золотистые вставки на грудных щитках доспехов. А вот четвёртый… Необычный доспех воина сразу приковал внимание Лейноласа.