Серебряный. Отголоски судьбы

Легкий шорох платья. Теплые ладошки на его талии.

- Я по тебе соскучилась, - теплое, благоухающее облако прижалось к его плечу.

- А я по тебе, малышка, - Дим положил руку поверх тонких пальчиков.

Сестра была единственным человеком, кого он любил. Сильно, искренне, всем своим существом. Так же как и она его. Они были невероятно близки, хотя между ними и была разница в возрасте аж целых двенадцать аров. Больше у Дима ни с кем не было таких отношений: ни со старшим братом, ни с родителями. Ни со всем остальным миром.

- Тогда ты не будешь на меня злиться?

Димостэнис мягко повернулся, глядя в невинные глаза сестры. В душе шевельнулось нехорошее предчувствие.

- Доброй ночи, мой мальчик, - на террасу вошла Есения Иланди, - эти стены давно не видели тебя.

Он улыбнулся маме, решив не отвечать на ее замечание. Риторика.

- Почему у вас так темно?

Элени послушно принялась вновь зажигать огневики. Глядя, как она это делает, Димостэнис невольно поморщился. Невыносимо было смотреть, как она использует свои совсем неслабые способности.

Она владела стихией воды. И не просто воды, а в том ее холодном застывшем состоянии, которое называется льдом. Сорок два ара назад молодой Лауренте Иланди смог всколыхнуть общественность, когда попросил императора скрепить его союз с некому неизвестной северянкой, дочерью простого гарнизонного офицера, к тому же обладательницы абсолютно несовместимой для Дома Иланди стихией. Однако правящий тогда Мерлан Эллетери, дед Аурино не смог отказать герою, который только что вернулся с победоносного похода, подавив восстание на северных границах Астрэйелля, и дал согласие на этот союз вопреки запрету главы Дома.

- Элени сказала мне, что ты не против взять ее к себе на минор отдыха между классами.

Дим подавил в себе стон, поднял возмущенные глаза на сестру. Та, потупив взгляд в пол, тихо стояла около мамы. Со всеми всплывшими в последнее время проблемами только этой «тихони» ему не хватало.

- Я должен поговорить с отцом, - привел он самый главный аргумент, - вы же занете, я у него не в чести. Вряд ли он согласится.

- С Лауренте поговорю я. Думаю, мне он не откажет.

Дим усмехнулся. Всемогущий глава Дома Иланди мог отказать в просьбе любому, даже императору, но только не своей избраннице. И маленькая любимица мамы знала об этом как никто лучше.

- Однако я хочу быть уверена, что ты сможешь позаботиться о ней.