Серебряный. Отголоски судьбы

Слишком долго он не прибегал к своему дару, слишком рискованно было опустошать свой организм на такой длительный период времени.

Дим сжал зубы, не обращая внимания на огненный ком внутри, продолжал искать нити силы, пытаясь напитать свое тело. Наконец по кистям поползли серебряные искры, они поднимались по рукам, обвили плечи, шею, свились в клубок на уровни груди и ушли в хьярт. Шакт прикрыл глаза, наполняясь энергией стихии. Лишь когда его аура[15] приобрела обычный вид, он оторвал руки от земли и поднялся на ноги.

Хьярт благодарно замер в груди, раны перестали мучительно ныть, тело наполнилось гибкостью и силой, ночь расцвела всевозможными оттенками черного и серого и больше не казалась непроглядной, лес звучал десятками звуков. Дим подбросил небольшой импульс силы, который серебристыми спиралями ушел вверх сквозь деревья.

Именно из-за этого серебра он и должен был терпеть столько мучений. Его аура слишком приметная и не такая, как у других. Это все равно что ходить с гербом своего Дома в руках или кричать свое имя на каждом углу.

На небе появилась тень, затмив неяркий свет звезд. Темный силуэт большого животногоприближался к земле, нарезая аккуратные круги среди деревьев. Ярх[16] опустился на землю рядом со своим хозяином, приветственно урча.

- Рад тебя видеть, дружище, - Дим потрепал летуна по мощной шее.

- Уррр.

Летун опустил одно крыло, наездник ловко на него запрыгнул и, сделав несколько почти невесомых шагов, оказался в углублении между крыльями, которое заменяло седло и не требовало других дополнительных приспособлений, чтобы держаться на спине ярха.

- Домой.

Вечерний воздух не так напитан силой, как в предрассветные сэты, но после столь долгого воздержания окунуться в стихию было невероятным блаженством. Дим парил на ярхе почти под самыми облаками, хватая всем своим существом энергетические нити, из которых плелся холст мироздания. Переплетаясь между собой, они составляли хаотичную сеть, переливающуюся разными цветами.

Его дар, его сила Шакти позволяла видеть мир во всей красе многочисленных оттенков, слышать звуки, которыми было наполнено все вокруг, ощущать всем своим существом – цело, ярко, не упуская ничего, дышать полной грудью, словно пропускать сквозь себя вселенную и чувствовать себя по-настоящему живым.