Пепельная столица

Атаки начнутся приблизительно через неделю, но бдительность на Урбе лучше никогда не опускать, ‑ отозвался Нуаркх и небрежно усадил Лантрисс на порванный мешок, из которого струилось мелкое зерно.

‑ Разве ты не хотел отнести ее в лазарет? – удивился Орек, опуская взгляд на обмякшую девушку.

‑ Ничего с ней не случится. На Урбе даже заражение получить нельзя, ‑ внимание Нуаркха уже приковала многоцветная панорама, проплывавшая далеко внизу. Легкий порыв ветра принес ненавязчивые аромат растений, которые буйствовали в разветвленных подземных пещерах.

‑ Давно тут не был? – поинтересовался Орек, пуская колечки густого дыма.

‑ Около восьмидесяти лет, ‑ прикинул Нуаркх, рассматривая знакомые созвездия на болезненно-зеленом небе.

‑ Ого... не скучал по дому, здесь довольно красиво? – Орек хмыкнул и не дал Лантрисс свалиться на палубу, усеянную острыми осколками.

‑ Мой дом давно на Перекрестке Миров, ‑ чувствительные глаза Нуаркха рассматривали красную осоку, припорошившую загнутые обсидиановые пики, ‑ тем более панорамы Урба быстро приедаются.

Бесконечные скалы и тоннели. Даже закатов и рассветов нет, светило будто приколочено к небу.

‑ Зато здесь некогда скучать, ‑ усмехнулся наемник, и стер синюю кровь, сочившуюся из рассеченной губы.

***

87 год 4 эры. 47 день сезона парящего дыхания.

‑ Ты был прав. Уже тошнит от этих скал, ‑ брезгливо процедил Орек, неохотно пережевывая ломоть жесткой солонины. Свет Урбского светила проникал в каюту через огромное окно и проливался на перевернутый силуэт наемника, который вцепился разветвленным хвостом в перекладины на потолке.

Капитан потянулся, выпуская из подушечек отросшие когти, и сонно зевнул. За шесть недель путешествия, он покрылся густой темно-синей щетиной со светло-пепельными пятнами, а сюртук сменил на белую рубаху с пышными рукавами. В лоснящейся шерсти бледнели новые бугристые шрамы, костяшки покрывали свежие ссадины, а из-под распахнутого воротника выглядывали бинты.

‑ Бросай уже, ‑ Нуаркх скучающе растянулся в массивном кресле, закинув ноги на полированный стол.

Одно из его колен тихо поскрипывало в тисках стальной рамы, которая удерживала не до конца сросшееся колено.

Орек утер массивным предплечьем слезящиеся глаза, а затем швырнул метательный нож в мишень на двери. Тяжелое лезвие с громким треском вошло в широкую морду Змея, изображенную на толстой доске. Деревяшку мгновенно пересекли темные трещины, цель разлетелась градом крупных щепок.