Две силы

- Да! – заорал Чизман, поднимая руки вверх, - я колдун! Я из самого ада! Пришёл, чтобы наказать ваши грешные души! Кто ещё хочет отправиться в преисподнюю?! – яростно воскликнул он, направив оружие на толпу. Хоть здесь и были дремучие средневековые простолюдины, но даже они смекнули, что стоять перед дулом пистолета смертельно опасно. Поэтому они этаким прибоем откатились прочь, то и дело пьяно пошатываясь, оступаясь и падая на брусчатку.

- Вот так, - дико вращая глазами, заявил программист, глядя, как от него расползаются бунтовщики, - уходим! – бросил он через плечо.

Под пристальными взглядами собравшихся, они начали свой путь через это стадо. Девушки испуганно прижались к друг другу. Фенрис зыркал по сторонам, скрипя зубами. Пьер шёл молча и потупив взгляд. Валера замыкал их шествие, то и дело поглядывая назад.

Там, некоторые начали смелеть. Кто-то уже скрылся в лавке, нырнув в дверной проём. За ним потянулись и остальные. Ну и пусть. Может быть, эта пьянь теперь забудет о них.

Но пьянь не собиралась забывать.

- А ну, прочь! – грозно прикрикнул он на них. Но никто не отступил. Тогда программист прицелился и снёс двух ближайших мужиков. Один поймал пулю в живот и упал на колени, поливая булыжники кровью. Завизжал, обхватив себя руками. Вокруг него сразу стало пусто. Другой просто грохнулся на землю и затих.

Но должного эффекта это не произвело.

- Эй! Мужики! – вдруг раздался поверх голов чей-то зычный голос, - неужто будем терпеть это!? Всех не перебьёт!

Ответом ему было два хлопка. Чизман попытался задеть кричавшего, но, похоже, не попал. Толпа вдруг резко зашумела.

- Точно! Всех не перебьёт! Вперёд! – заорали несколько глоток.

- За наших! Бей колдуна! – и мужики бросились следом за беглецами.

- Бежим! – воскликнул Чизман, махнув рукой. Сам он первым бросился прочь, бегло стреляя по преследователям.

Остальные его спутники помчались за ним. И уже следом неслась обезумевшая толпа. Из неё то и дело вываливались убитые, тех, кого успевал задеть программист. Но слишком много было этих мужиков. Ещё и улица была широкой, здесь их легко могли задавить массой. И словно назло, кругом были сплошные здания, буквально слепленные с друг другом в единый заслон.