Добролюб

Есть, конечно, призрачный вариант переселения, пусть ненадолго, но к воспреемнику в Явь — подальше от глаз негласных соглядатаев Дыя, но согласится ли Добролюб? Не тяжко ему будет приглядывать за двумя девами? Да и супружницы у него пока нет… однако другого варианта не предвидится и как ни крути придётся посылать гонца к нему…

Скрип входной двери в башню мгновенно оторвал Кащея от мыслей. Он повернул голову в сторону шума и удивлённо посмотрел на входящего:

— Да ты ведун изрядный, Добролюб! Токмо о тебе мыслил, ан вот тута и предстал предо мной.

— По дочкам названным соскучился, вот и прилетел, — пожал тот плечами. — Опять же праздник у вас сегодня.

— Покон, конечно, блюсти подобает всем, однако есмь у нас с Марой… — Владыка Нави замолчал, подбирая правильный термин.

— Я в курсе вашей трудности, — кивнул Иван. — Мара, в общих чертах, меня просветила, да и здоровье девочек меня волнует. Тяжко им здесь.

— Мыслил я о том с тобой побаить, отчего гонца собрался послать, а ты, вишь, сам сподобился прибыть.

— Отпустишь дочерей со мной? — Медведев испытующе посмотрел на владыку Нави. — Клянусь не дать их в обиду никому.

— Ишо на воспреемничестве тако же клялся, чего вторить дважды? Отпущу, — и, заметив удивлённый взгляд супруги, добавил — так надобно, Мара.

— Тятя, благодарствую! — первой около Кащея оказалась Маша и с чувством обняла отца. К ней тут же примкнула и Василиса.

— Идёмте в дорогу сбираться, — Мара с каменным лицом, наверняка означавшим обиду на своего супруга, подошла к дочерям и взяла обеих за руки.

— Вам зело чего прихватить с собой надобно.

— А поведай мне, Добролюб, о чём сказывала тебе Мара? — спросил молодого человека Кащей, когда дверь за ней и девочками закрылась.

— Ну, она много чего рассказывала, — усмехнулся Иван — только думаю я, ты про Пекельное царство речь ведёшь.

— Истину так.

— О том мало чего. В основном, знаю из былин. Дабы мне не быть пустобрёхом, расскажи лучше сам, что считаешь нужным.

— Добро, — кивнул Кащей. — Ну, слухай.

Мало кто ныне о том ведает, но окромя Марьи да Василисы есмь у нас и сыновья — Морок да Мороз. Попервам были они послушны да помощниками изрядными стали, но опосля встречи с Дыем возгордились. Давно оно было, ан вдругорядь и слёзно о том баить… Несметно творили оба брата лиходейство не токмо в Яви, но и тут — в Нави, а однажды удумали свергнуть меня с трона, да заговор я раскрыл. И сколь Мара не упрашивала, сослал я их в наказанье в Пекельное царство.