Добролюб

Несколько охотников решили нашпиговать Ивана стрелами, но те отлетали от него, будто это была не плоть, а гранитный камень. Вот один из браконьеров нос к носу столкнулся с Медведевым. В руках у того была сабля. Он взмахнул ею, но поток огня из правой руки спасителя зверей и птиц превратил её в оплавленный кусок металла, а руку в пепел.

— Рятуйте-э-э…63 — скорее провыл, нежели прокричал незнакомец и сполз на утоптанный снег. К нему со всех сторон кинулись ещё с десяток, но и они все были встречены теми же убийственными струями огня.

Постепенно картина противостояния поменялась: если сначала происходила обычная травля животных, то теперь в роли дичи стали выступать сами охотники. После первого показательного убийства, с их стороны сопротивление было слабым: Иван часто перелетал с места на место и вид летающего человека, шпигующего любого им замеченного огнём, постоянно снижал боевой дух охотников. Каждый из них понимал, что столкнулся с чем-то сверхъестественным, а против этого у них не было защиты.

Напрасно каждый из них прикладывался к кружку, повешенному на шею — знаку новоиспечённой церкви, на то неизвестное существо, время от времени перелетающее от одной столпившейся группы людей к другой и уничтожавшее их, они не действовали.

Где-то через час всё было кончено. Около полусотни обгоревших трупов незадачливых браконьеров Иван перенёс заклинаниями ближе к лесной опушке, кое-как свалив в кучу. Лошадей и телеги, на которых они приехали, он аккуратно вывел из леса и, связав в единый гужевой поезд, отправил в сторону селения.

Закончив с ним и собравшись вернуться к месту, где были свалены погибшие звери, Медведев заметил две фигуры, прячущиеся за стволами деревьев и наблюдавших за его действиями.

— Оружие на землю и быстро ко мне! — произнёс он командным голосом. — Даю слово, что не трону.

Ежеминутно оглядываясь по сторонам, те выполнили приказание.

— Пошто люд живота лишил? — осторожно спросил один из оставшихся в живых.

— Пошто?! — внимательно посмотрел на пожилого охотника Медведев.

— А пошто вы зверя лесного, как татей, живота лишили? А?!

— То воля божья… — начал было второй охотник — молодой парень.

— Какого из богов?

— Он ныне у нас един, — ответил за парня пожилой. — А Фёкла…

— Ваша Фёкла и есть тать, коих свет не видывал!! — гаркнул в ответ Иван, и охотник испуганно замолчал. — Продали веру отцов, Покон не чтите? Ну и куда вас эта стёжка привела?

— Улиссус Овалос… — начал было молодой.