ДАО: Путь разрушения

– Леон подошел ближе, серафим был готов уничтожить врага в любую секунду.

–Я не хотела этого делать, но ты напросился. – Девушка встала. – Энлиль, явись.

Никто не мог пошевелиться после прихода верховного бога в их мир. Ребята, напуганные до смерти, не могли отвести взгляд. Серафим склонился на колени перед возникшим образом. Леон недоумевал от происходящего. Смертельную тишину прервал голосок девы, явившейся из кольца Эли. 

–Энлиль? Не ожидала, что Вы будете служить какой-то девчушке. 

–Это мне говорит защитница неопытного грима? – Высокомерно смотрел бог.

–Вы знакомы с Нанной? – Поинтересовалась хозяйка владыки.

–Нанна? – Презренный взгляд опустился на деву. – Это Нанайя – богиня любви. 

–А Вы вообразили себя самым сильным богом? – Язвила дева.

–Самый сильный Ану, он никому не подчиняется. Зачем ты служишь слабой девушке? 

–Я защищаю её род, никогда не думала, что докачусь до такого, но от контракта никуда не деться. 

–И каков твой контракт?

–Моя сила рождается из любви, пока в ней теплятся чувства к матери, я буду рядом.

–Это моё личное дело. Серафим, – взгляд стал суровым, готовый уничтожить ангела, – твоя сила должна служить во благо, уничтожая хтонических существ, а не быть игрушкой в руках ребёнка.  

–Простите, господин. Цепи сковали меня.

–Я уничтожу мальчика и отдам тебя более достойному кандидату.

–Хватит, – прервала тираду Диа, – исчезни.

Божество пропало, группа начала приходить в себя. Принц больше не контролировал серафима, тот благополучно удалился в свой мир.  

–Ты проиграл, выполняй свою часть договора, – взгляд девушки устремился на ребенка. 

–Согласен. Хаот, теперь ты можешь задать вопросы, но учти, наш бой ещё не окончен. Тебе придется сразиться со мной за звание верховного владыки Семирамиды.

Глава 20. Все тайное становится явным.

Дебби наблюдал за пустым взглядом брата и 

пытался хоть как-то привести его в чувства.

***

Марго шла по коридору корпорации, чтобы продолжить свою работу. Она мелькнула мимо гостевого уголка и невольно стала свидетельницей занятного разговора между Брейсом Готтеном и его беременной супругой.