Ущербные. Книга 1. Рождение Империи.

Дверь кареты открылась и из нее вышел граф Чегем, за ним Симон и за мужем вышла Иринка. Сердце Екатерины ухнуло. Она больше не могла ждать. Северянка бросилась к карете. Воины расступались перед ней и смыкали строй обратно, когда она пробегала дальше. Иринка, наконец, увидела маму. Бросилась ей навстречу и с криком «Мамочка» кинулась к ней на шею. Обе в слезах обнимали и целовали друг друга. Екатерина говорила, что больше никуда не отпустит свою дочь, а та просто плакала и прижималась к матери сильнее. Мама и не заметила, как войско разошлось, как к ним подошел ее муж и, как она сильно испачкала платье.

- Доченька, ты же наверняка голодная. Пойдем, искупаешься и поешь.

- Мам. Можно я сначала брата обниму? Я по нему тоже скучала.

Тут до Екатерины дошло, что происходит вокруг и она выпустила дочь из объятий. Иринка кинулась к Андрею, который просто прижал ее к себе и не мог сказать ничего. Комок подкатился к его горлу, а из глаз прокатились скупые мужские слезы.

За ужином Ирина рассказывала, что с ней произошло с того момента, как ее похитили. Ужин затянулся, потому, что мама и брат толком не могли есть. Они забывали, что им нужно есть или от бессильной злобы на похитителей и нежить или от сильнейшего удивления. Разумеется, о том, о чем говорить было нельзя Симон и Иринка рассказывать не стали.

- Я же привезла вам подарки. - вскрикнула Иринка, когда ужин наконец-то закончился. Надеюсь, они не повредились в дороге.

- Не переживайте герцогиня, я проконтролировал, чтобы их доставили в целости и сохранности. – заверил ее граф Чегем ван Лихт.

- Тогда вносите. - обратилась Ирина к прислуге. Тут же принесли несколько странных прямоугольников больше роста человека, накрытых тряпками. Ирина подошла к каждому из них, выдвинула какие-то штуки, которые послужили упорами и позволили прямоугольникам стоять.

- Мам, подойди сюда, пожалуйста.

Екатерина подошла и стала рассматривать обычную ничем не примечательную ткань.

- Ты соткала эту ткань своими руками? – спросила Екатерина.

- А-ха-хах. Нет, мам, смотри. – сказала Ирина и дернула за веревочку. Та развязалась и ткань соскользнула на пол. Перед Екатериной открылась дивная штуковина. Она увидела в ней себя. И не маленький кусочек и не искаженный, как видела Екатерина себя раньше в отполированном разносе. Она видела себя очень отчетливо, каждый волосок на голове, каждый узор на платье. Екатерина замерла.