Ущербные. Книга 1. Рождение Империи.

Но никак не может понять, почему родители молодоженов уже поклонились друг другу, отпустили детей и те, взявшись за руки, уже движутся по алее к алтарю, но возле алтаря никого нет. Нет ни священника, ни инквизитора. Даже император сидит рядом. Кто засвидетельствует брак перед Создателем?

Симона это напрягало, но спросить он не решался, поскольку все сидели спокойно и жених с невестой уверенно двигались к алтарю. Родители обошли ряды гостей с внешних сторон и сели на первые ряды. Они тоже заметно нервничали.

Когда жених с невестой подошли к алтарю и повернулись друг к другу, за алтарем начали проявляться две женские фигурки. Симон присмотрелся и онемел. Проявились две девушки, в которых герцог узнал Немезиду и Мортис. Он застыл в оцепенении, сидя на стуле. Он видел, как все, включая жениха и невесту, рухнули на колени и уперлись лбами в траву. Все, кроме императора. Тот встал, поклонился и сел обратно.

Тут разум герцога включился и он тоже рухнул на колени, упершись лбом в траву. В его сознании, не могло уложиться, как такое возможно, сразу две хранительницы появились перед смертными, да еще и собираются провести церемонию бракосочетания!!! КТО же эти молодожены???!!! Кто же они такие, раз сразу ДВЕ ХРАНИТЕЛЬНИЦЫ их женят? Кого же насобирал под свое крыло император, что в империи возможно ТАКОЕ???!!! Тут в голове Симона прозвучал женский голос:

- Займите свои места.

- Папа, вставай. – это Немезида приказала. – прошептала ему Ирина. Герцог тут же резко поднялся и сел на свой стул.

- Дар ван Элизиум, клянешься ли ты любить, оберегать, защищать и заботится о Мари всю оставшуюся жизнь, не смотря ни на что? – прозвучал голос Мортис.

- Клянусь. – ответил Дар.

- Клянешься ли ты, Мари, любить Дара ван Элизиум, заботится о нем и слушаться его всю оставшуюся жизнь, не смотря ни на что? – спросила Немезида.

- Клянусь. – ответила Мари, не сводя взгляда со своего любимого.

- Тогда я, Хранитель смерти Мортис.

- И я, Хранитель жизни Немезида.

Дальше Хранительницы начали говорить одновременно, при этом поднимаясь над землей. Глаза их стали гореть белым светом, как у императора, а волосы развиваться, будто дул сильный ветер. Но при этом ветра никакого не было и стояла ясная погода.