Чистилище-online

— Помолчи, — шикнул на него блондин, после чего движением большого пальца отправил монету в воздух. Та сделала несколько оборотов и упала на брусчатку решкой вверх.

Гоблин тут же победно вскинул руки и злорадно заорал, брызжа слюной:

— Выкуси, урод! Хрен тебе, а не наши бабки!

— Твою мать, — разочарованно прошипел ассасин, с ненавистью глядя на монету.

— Ну, сегодня удача явно не на стороне Гарика, — пробормотал я, покосившись на орка, который через миг понятливо кивнул.

— Всё, вали отсюда. Не мешай нам получать нашу законную добычу, — протараторил Бад, подкрепив свои слова взмахом руки.

Ассасин злобно покосился на него, а потом пошёл прочь, опустив голову. Гоблин же ещё и заулюлюкал ему вслед. А вот я молча протянул руку в сторону слуги. Тот без спешки вынул из кармана увесистый мешочек и отсчитал в мою ладонь положенное количество монет — сто пятнадцать серебряных и тридцать медных.

После этого слуга чинно произнёс, слегка поклонившись:

— Приятно было иметь с вами дело.

А затем он удалился, бережно прикрыв за собой дверь.

Я же усмехнулся, а следом протянул гоблину двадцать пять серебряных кругляшей и с серьёзной миной на лице проронил:

— Вот, твоя доля. Как и договаривались.

— Как?! — вскричал тот, вылупив глаза. — Надо же ещё поделить на троих долю Гарика!

— Об этом речи не было, — проронил я, свысока глядя на него. — Мы договаривались, что ты получишь двадцать пять серебряных.

— Бери и проваливай! — громыхнул орк, нависнув над гоблином.

— Вот вы мрази, — процедил тот, сверкая зенками.

— …Ага, как ты кинул нас. Причём два раза. Сначала хотел с наградой за задание опрокинуть, а потом в траву нырнул, когда светлые появились, — холодно отчеканил я.

— Вот-вот, — поддакнул Сей, кивая головой.

Гоблин вздохнул полной грудью, словно пытался утихомирить переполнявшие его эмоции, а затем молча протянул раскрытую ладонь. Я ссыпал на неё монеты, после чего Бад отправил серебро в мешок и нехорошо посмотрел на меня.

После ухода гоблина орк весело прогудел, хотя смотрел насторожённо:

— Меня-то ты не кинешь?

— Я никого не кидал, а поступил справедливо, — твёрдо произнёс я и поделил оставшиеся деньги поровну — по сорок пять серебряных и пятнадцать медных монет.