Чистилище-online

Кстати, сколько тебе славы за него дали?

— Сейчас проверю, — выдохнул игрок и на миг закрыл глаза, а затем довольно проронил: — Пятьдесят единиц.

— Ого, — изумился я, загнав брови к грязным волосам, прилипшим ко лбу. — Да-а, убийство игрока-антагониста действительно щедро оплачивается.

— Полтинник это ещё мало, — уверенно заявил гоблин, завистливо косясь на Сея. — Обычно сотню дают. А тебе почему-то только половину отсыпали.

— Хм, забавно, — задумчиво выдал я, а потом, повинуясь возникшей догадке, закрыл глаза и вызвал интерфейс.

Да, так и есть — вторую часть награды за убийство светлого записали на мой счёт. И у меня теперь появилось пятьдесят единиц славы. Значит, в Чистилище не действует правило последней руки, когда все очки и опыт достаются тому, кто убил врага. Похоже, здесь слава делится, исходя из заслуг. Я ведь тоже приложил актёрские данные и хитрость к устранению светлого.

Когда я открыл глаза, то всё это поведал спутникам, а те покивали, соглашаясь, что, дескать, так справедливо делить славу.

А потом я задал самый важный на данный момент вопрос:

— Товарищи тёмные, а что будем делать дальше? Нас ведь осталось трое.

— Технически мы и втроём можем завалить кротов, — стал рассуждать Бад, постукивая согнутым пальцем с обломанным ногтем по подбородку. — Условие задания мы не нарушим, так как принимали его вчетвером. А то, что один из нас помер — это уж наши проблемы.

— Надо двигаться дальше, — громыхнул орк, решительно нахмурив брови. — Гарика ждать не будем.

Да и хрен его знает — рискнёт ли он в одиночку идти к полю?

— Короче, все голосуем за продолжение банкета? — уточнил я, протянув руку к своему топору, который до сих пор был в лапе Сея.

— Ага, — кивнул тот и торопливо передал мне оружие, точно гремучую змею. На лезвие до сих пор были видны капли крови.

— Вот и ладушки, — радостно проронил я, а затем быстро зашагал по тракту, оставляя за спиной то место, где добыл первую славу.

Гоблин и орк, не мешкая, двинулись за мной. Гигант уже привычно понёс на плече колья, а потом вдруг покосился на меня и с интересом спросил:

— Рей, а как ты так быстро придумал план по устранению светлого?

— Опыт, — проронил я, загадочно улыбнувшись.

Ну не рассказывать же ему о моём отце, который в молодости был довольно буйным типом, затевающим постоянные драки и споры. Только вмешательство некого психолога, посоветовавшего ему мысленно ставить себя на место своего оппонента, смягчило его характер.