Мистик

— Каков предположительный масштаб Волны? — спросил Шарт, слегка поморщившись. Волна — это всегда лишние хлопоты.

— Пока рано об этом говорить точно, но, предполагаю, что не слишком большой. Несколько охотничьих стай крыланов, которые гнездятся на Покинутой стене. Ещё от трёхсот до пятисот тысяч наземных особей, но большая часть из них, скорее всего, даже не дойдёт до подножья первой стены. Вожаков не более нескольких десятков. Кхартов не замечено. Не стоит беспокоиться, Господин. Твари не проходили стену уже более двухсот лет.

— Что ж, хорошо. Однако пусть гарнизон на стене будет в боевой готовности. Что ещё?

— Так же во внешнем городе за последнее время сканеры засекли более полутора сотен свежих инициированных. После окончания Волны для их ликвидации будет выслано пять отрядов в составе...

Шарт недовольно взмахнул рукой, прерывая речь слуги.

— Я знаю, кого ты обычно посылаешь на зачистки во внешних город. Передай им пусть привезут парочку инициированных живьём.

Если, конечно, кто-то из этих выродков переживёт Волну.

— Разумеется, господин, — поклонился докладчик, — однако я упомянул про ликвидаторов, с тем чтобы сообщить, что с ними решил отправиться ваш девятый сын.

— Хм, — в глазах главы клана впервые за весь разговор мелькнула искорка заинтересованности.

— Похоже, мальчику захотелось острых ощущений. Что ж, не будим ему препятствовать. В его годы я тоже любил поохотиться. Это всё?

— Да, господин. Остались лишь рутинные вопросы.

По ним я, как обычно, подготовил письменный доклад.

— Тогда можешь идти, — кивнул Генрих, — завтра с утра принесёшь документы мне в кабинет.

Слуга снова поклонился, спустился по ступенькам веранды и через несколько секунд исчез в сгущающейся тьме.

***

Несколькими днями позже. Внешний город.

— Крысы! Горячие жареные крысы! Свежие! Вкусные! Подходи, налетай! Всего три монеты за вертел! — громкий, старческий голос раскалённым сверлом ввинчивался в мозг. Сквозь неплотно закрытые веки пробивался солнечный свет.

Вокруг слышались голоса людей, сливающиеся в равномерный гул толпы. Стук шагов, ругань, странное попискивание и громкие выкрики. В воздухе пахло или скорее воняло подгоревшим мясом, железом и какой-то непонятной кислятиной.

Сонный разум далеко не сразу осознал, где я, и что со мной произошло. Однако мало по малу в памяти всплывали события последнего дня моей жизни. Создание печати призыва, демон, договор.