Мистик

Один из моих противников оказался пронзён сразу пятью иглами. Они не убили его, но лишили возможности двигаться, и с каждой секундой участки стазиса на его теле расширялись. Этим просто нельзя было не воспользоваться.

Я сконцентрировался на временных спицах, создавая внутри них тонкие каналы, где время возвращало себе нормальную скорость или даже немного увеличивало её. А потом в эти полости хлынул поток пламени хаоса. Тело, захваченное в ловушку вспыхнуло, за доли секунды сгорая до золы. Паразит без почти без моего участия потянулся щупальцами к остаткам ауры, трепещущим в потоках магии и принялся их жадно поглощать, заращивая собственные повреждения.

Эфир сзади всколыхнулся, но полноценно среагировать я уже не успел. Слишком занят был уничтожением первого противника и собственным лечением. За это и поплатился.

Левое плечо пронзила страшная боль. Симбионт забился в конвульсиях так, что я даже утратил полноценный контроль над эфиром. Кожа под ключицей лопнула, и из неё наружу выглянуло лезвие, с которого с шипением испарялась кровь.

— О, ты действительно стал сильнее, — зазвучал в разуме вкрадчивый голос моего противника, — только это тебе не поможет.

Чужое ментальное давление сжало тисками мои щиты воли и принялось разъедать их словно кислота. Похоже, Паук решил попробовать другую стратегию уничтожения моих барьеров разума.

— Отрыжка бездны, — с трудом прохрипел я, медленно поднимая демоническую руку. Тело слушалось плохо. Паук делал всё, чтобы сигналы от моего мозга не могли разбегаться дольше по нервной системе. Однако благодаря возросшей мощи моей ауры я уже мог этому сопротивляться. Не долго и не слишком эффективно, но всё же.

Пальцы подарка лорда хаоса сомкнулись на выглядывающем из моего тела клинке. А затем я резко рванул его вверх, собственную рассекая плоть и кости. Боль была невероятной, да и ауру в месте соприкосновения с мечом разрывало в фарш, но своей цели я добился. Выдернув миридий из тела, я снова вернул себе контроль над внешней энергией.

Уже опавшее было пламя хаоса взревело с новой силой, и его потоки потянулись ко мне, сжимаясь и уплотняясь, как и в бою с кхартом.