Танец смерти

«Не попалась! Она не попалась!»Сильные уверенны руки парня прижали Тельзу к себе. Её искусанных губ коснулись бархатные губы Маркуса. Она вздрогнула. От неожиданности. От разлившегося по телу жара. От вспыхнувших красок перед глазами. Горячие губы жгли, опаляли кожу дыханием. Ей хотелось чувствовать это бесконечно долго. Всегда.— Кхм, — раздался за спиной голос Рыжего. Тельза отскочила от Спрута, красная как свекла, потупила глаза, но на губах играла улыбка. Стереть её и спрятать было не по силам. Это же её первый поцелуй! Следуя за парнями, пока никто не видит, она осторожно коснулась подушечками пальцев губ.

Хотелось ещё раз почувствовать то прикосновение, убедиться в его реальности. Но пальцы лишь стирали ощущения.Украденную горстку украшений передали людям Лысого Лба для сбыта. В последнее время шайка Спрута вошла в доверие этого мужчины и он подкидывал работёнку или давал наводки, как в этот раз, на прибыльные дела.А после официального боевого крещения Тельзы как щипача, ей приходилось регулярно отправляться в людные места, где удобнее и незаметнее будет обрезать кошель, вытащить из кармана или стянуть с прилавка то, что имеет цену. Лысый Лоб, получивший такое прозвище из-за отсутствия бровей на лице, со временем стал чаще присылать своих людей с поручениями.Мелкое воровство перерастало в нечто более крупное и более наказуемое.Маркус отсутствовал по каким-то делам, оставив Лучника за главного. Этот поджарый усатый мужчина часто принимал на себя обязанности управления и организации вместо Спрута. Вот и сегодня, в день Нового Года, в День Жизни, приходящийся на первое пиреля, Тельза, вместо того, чтобы по традиции пускать маленькие кораблики с загаданными в паруса желаниями по бегущим ручьям и речкам, жалась в углу.— Дура, тебе все было сказано! — рычал Лучник. — Хватит быковать и собирайся! Выходим через пол часа!— Нет, — не смотря на холодящий спину липкий страх, девушка была непреклонна. — Я не стану грабить дома людей! Это уже слишком!— Чертова девка! Думаешь, соплячка, что Спрут вступится? Как бы не так! Уж, ну-ка, проучи её малёха. Но так, чтобы потом на ногах стоять могла.Лучник вышел. Искаженное шрамом лицо Ужа растянула предвкушающая улыбка.— Давно пора на место поставить! — поддакнула Ляля. — Жду на улице. Она вышла, оставляя девушку, Ужа и Мясника втроём. Братья же ждали подельников на оговорённом месте.Мужчина замахнулся на Тельзу, вынуждая её вжаться спиной в холодное дерево стены. Оплеуха отдалась звоном в голове.