Танец смерти

Я против убийств, но убиваю при необходимости. А они, по крайней мере, не врут самим себе».

Девушка переводит взгляд на Маркуса, на лице непроницаемая маска, но во взгляде напряжение.

— О, я не такая как вы, — шепчет Тельза с ненавистью, враждебно смотря на него, — я гораздо хуже.

Глава 8.

Всю дорогу до Карная и даже по возвращению между Маркусом и Тельзой искрило напряжение. Она не смогла нанести ему смертельный удар, хотя очень хотела. Но даже хвати ей силы воли и жестокости на убийство, клятва бы не позволила.

Парень это и сам знал, но тем не менее выбил кинжал из рук девушки, оттолкнув её.

С того момента их отношения разладились, скатились до полного игнорирования. Остальные же будто того только и ждали. Как мерзкие падальщики напали, начали глумиться, возобновились издевки и тычки.

Только Кудрявый периодически осторожно осаживал особо зарвавшихся. За что Тельза была ему очень благодарна. Этот парень всегда находился с ней рядом, не зависел от мнения других, охотно отвечал и иногда поддерживал да помогал.

Вечером в день прибытия, в одной неприметной таверне с закопченными маленькими окошками за закрытыми дверями собрались люди. Но не случайные горожане, а связанные между собой воровской стезей.

Как бы Тельзе не хотелось идти в то место, кишащее самыми отпетыми мошенниками, убийцами и разбойниками, выбор ей не предоставили. Лучник грубо схватил за руку и зашвырнул в телегу, на которой они все и отправились.

Ничем не примечательное заведение кишело народом настолько, что кружкам на столах не хватало места.

Напряжённая девушка села поближе к выступающей группе, стараясь отстраниться от царящего хаоса, полностью сосредоточившись на словах песни.

Внезапно все как один внутри затихли, а по скрипящей лестнице сверху спустился мужчина. Его лицо с водянисто-серыми глазами навыкат настораживало. Тонкие и острые черты пугали, придавали образу опасности и жестокости.

«Лысый Лоб» — догадалась Тельза. Мужчина перехватил наполненную кружку, направляясь к Спруту. Он махнул рукой, музыка зазвучала вновь и зал опять пришел в движение.

Этот человек подсел к Маркусу, хищно улыбаясь и пожимая руку, завязал разговор.

Тельза же то и дело ловила на себе недобрые взгляды незнакомцев, отдававшие содроганием внутри.