Эльфийская стража

– Ариша… молодец, – Лемех всё не мог отдышаться.

– Спасибо, батюшка, – сын опустил глаза. – Бежать отсюда надо, бежать скорее. Гриньку возьмём – и ходу!

– У меня кони рядом, – хуторянин наконец смог выпрямиться. – А что ж с… с Гриней-то?

– Да что ж? – бесхитростно пожал плечами Ариша. – Угостить пришлось тем же дрыном. А то совсем сбесился, бедолага.

– А… а ты?

– А что я? Я для того и пошёл с ним, батюшка, чтоб приглядывать. Прости, что сразу не сказал, что лицедействовал… что говорил непочтительно.

Лемех только и смог, что хлопнуть сына по плечу.

– Последнее дело тут осталось. Оружие у них не забирай, а вот Борозду свяжи. Свяжи и давай ко мне на седло. Она нам щитом послужит, когда из чащи выбираться станем.

– Батюшка, ты уж не серчай на Гриньку-то, он и впрямь не в себе, – жалобно попросил за брата Ариша. – Околдовала она его. И… а почему мы уходим? Почему только Борозду? Надо было б им глотки-то перерезать.

Он закончил буднично, словно речь шла самое большее о том, чтобы забить давно откармливаемого кабанчика.

– Нет, Ариша. – Они ехали по узкой тропе, почти наугад, просто к краю Зачарованного Леса. – Нам отсюда выбраться надо, пусть живут. Они в нашей власти были, все трое – и мы их пощадили. Хорошо б, чтобы поняли – мы крови не хотим, но, если надо, на что хочешь пойдём.

Бледное лицо Борозды, посиневшие веки, закрытые глаза, бессильно мотающиеся руки, спутанные грубой верёвкой.

«Все эльфы сейчас на Ниггуруле, – сказала вдруг Тёмная Птица. – Я помогаю тебе. Там сейчас весело».

– Спасибо… – с невольной растерянностью прошептал Лемех.

«Но ты должен мне помочь, – теперь в низком и полном силы голосе Птицы крылась угроза. – Мне не выбраться, но как только я перестану держать недалёких эльфов на чёрном поле – тебе конец».

– Но ты же… уничтожишь всё…

«Потому что тебе так сказала Борозда? Да, глядя на Ниггурул, трудно не поверить, верно?»

– Никак иначе и не подумаешь.

– Батяня, с кем это ты, батяня?..

Лемех только отмахнулся.

«Выбирай, – холодно сказала Птица.