Покоритель иного мира

Я смог высвободиться только благодаря ему…

Наконец все было закончено. Хворост собран, тела талуров оттащены гнить в овраге за кустами, останки Тревиса перенесены на кострище, а на горизонте поднимается солнце чужого мира. Я разжег огонь и отступил, наблюдая за разгорающимся пламенем.

Кшера смотрела на огромный огонь с интересом и опаской. Она подошла ко мне поближе и взяла за руку, не отрывая глаз от костра.

— Пойдем, — сказал я девушке. — Поблизости могут быть другие. Попробуем уйти как можно дальше от этого места.

Через четыре часа сделали привал. Несмотря на то, что я старался слишком не напрягаться, открылась рана на надплечье. Её бы зашить, но ничего подходящего в аптечке нет, так что я просто сменил бинты.

— Ник, ты сильно ранен. Тебе нужен отдых.

— Я в порядке, — отозвался тогда.

В Магазине обнаружилось несколько готовых пайков, и я сразу скупил все десять единиц, потратив тридцать очков прогресса. Вкус у них оказался отвратный, но задача этих пайков – снабдить нас питательными веществами, чтобы мы не умерли с голоду, а не обеспечить гастрономический экстаз.

— Га-а-адость… Хочу вкусную рыбу… — обиженно пробормотала Кшера. — Или лучше шоколад… ур-р-р… — она даже заурчала от одной мысли о батончике. Я отметил, что разговаривать с ней без переводчика и слышать нормальную речь намного удобнее и приятнее.

— Это полезнее. Извини, но я не исключаю вероятности, что талуры были не одни. Чем дальше мы уберемся, тем лучше.

С этим девушка не спорила. Она давилась, но ела питательную массу без вкуса и вообще была удивительно покладиста за сегодняшний день.

— Кшера, — заговорил я с ней. — Ты ведь помнишь, что мы идем к твоим?

— Да.

— Такое ощущение, что тебя больше это не волнует.

— Не волнует, — подтвердила она.

— Почему? — насторожился я.

Девушка непонимающе посмотрела на меня.

— Почему тебя это уже не волнует? Я обещал, что попробую тебе помочь вернуться в прайд, но…

— Я не вернусь в старый прайд, — широко улыбнулась она. — У меня теперь другой прайд.

— Другой? О чем ты говоришь? — и тут мне все стало ясно. Все мгновенно стало на свои места. Она стала такой покладистой, потому что считает меня своим вожаком, а вожаком она считает меня потому, что мы…. — Ох, @%$@#.