Неутолимый Голод: Тупиковая ветвь

— Недолго, — уклончиво буркнул Гупта. — Но я всё же призываю уважаемый Совет не недооценивать силу противника.

— Я же призываю её как минимум оценить, — спокойно парировала Луатариан. — В Галактике несколько сотен высших магов, из которых двадцать девять — великие. По меньшей мере половина из них умеют биться сносно. А около пятой части — профессионально. Не думаю, что даже с двухсотым уровнем и бòльшим, чем обычно, количеством энергии, можно выстоять против наших объединённых сил и достаточного количества экстракта.

Она обвела публику взглядом. Зал зашумел, соглашаясь.

— Да, мы редко стояли с вами бок о бок в бою, — продолжила гестерианка. — Но перед лицом подобной опасности моё предложение будет однозначным: возрождение Великого Легиона. В текущей ситуации это, как минимум, — разумная предосторожность. Обучение и руководство, если на то будет воля Совета, я бы с благодарностью приняла на себя.

Она поклонилась и повернулась за ответом к Председателям.

— Известно ли уважаемой Луатариан, по какой причине Великий Легион прекратил своё существование? — поднялся Терренс Коулман со своего вычурного кресла. — Известно ли, на какой риск мы вновь обрекли бы всех инертов Галактики, если бы допустили повторение истории, приведшей Легион к расформированию?

Гестерианка, лучший и сильнейший боевой маг Конфедерации, едва заметно прищурилась.

— Да, господин Председатель Коулман, мне это известно, — медленно произнесла она, глядя Коулману в глаза. — Мне также известно, что за два конфедеративных века маги и инерты сделали очень многое для того, чтобы подобного более не повторилось…

— И главное из того — роспуск Великого Легиона, — перебил её Председатель.

— Вы имели в виду «уничтожение»? — холодно уточнила Луатариан.

— Частичное уничтожение, — нехотя согласился Коулман. — Надеюсь, вы не хотите спорить со мной о заслуженности такой меры?

— Нет, господин Председатель Коулман. Не хочу, — покачала головой магиня. — Как не хочу и повторения той катастрофы, но по другой причине. Той самой, по которой мы с вами сейчас здесь, — она вновь обвела публику глазами.