Названная женой

Фоморский маг, будто подслушал её, перекрестил руки и сложил ладони на плечах: «Я ваш умом и сердцем».

Верить или не верить?

Маги не могут лгать! Что на земле, что под водой, память сил отзовётся лишениями за неправду.

— Не торопитесь за грань, царевна, — еле шевеля губами, вымолвил Зельдхилл.

— Не подходи! — недоверчиво произнесла царевна в ответ на ещё один шаг мага. — Что, решил убить лично? Превратить в марионетку?

Фоморы заусмехались откровеннее, кто-то выразительно вбросил меч в ножны, отряхнув ладони, выражая общее мнение: с Гвенн всё кончено, осталось оттащить труп за стены столицы и скормить хищникам.

— Пожалуй, самое время, — Зельдхилл кивнул самому себе и, не давая Гвенн времени на осознание, раскрошил что-то в ладонях.

По ушам ударило гулко, стены качнулись, вокруг заискрились жёлтые звёзды, а пол с потолком будто пару раз поменялись местами. Гвенн с трудом всмотрелась в окружающее: звёзды оказались настоящими огнями! На груди каждого ледяного фомора вспыхнули белые языки пламени, облизнули, обхватывая, вырывая из уст беззвучные крики.

Гвенн видела, как немо распахивались искривлённые рты. Фоморы простояли недолго: пара мгновений — и они медленно опустились на пол.

Ошеломлённая, Гвенн разжала судорожно сжатый кулак. Возможно, потом её будут мучить кошмары, но пока действительность уверенно побеждала любое порождение сна.

— Жаль, убьёт не всех, — спокойно произнёс Зельдхилл и опустился на колено. Поддёрнул рукава, спокойно развёл руками, показывая чистые, открытые ладони. — Примете ли вы моё служение, царевна?

Полное, непоколебимое спокойствие мага на фоне корчащихся тел выглядело жутко.

Мысль, что вот теперь порядочным беременным дамам полагается падать в обморок, мелькнула и пропала.

— Вы помогали Дроуну и его отцу! — Гвенн для пущей убедительности ткнула в сторону мага шпилькой. — Это с вашей подачи тут всё заморожено!

— Вы бы предпочли кровавую бойню, царевна?

Гвенн на миг оторопела, но тут же выпалила главное:

— Да разве это не предательство? Как я могу доверять вам?!

— Мой род никогда не предавал тех, кому обещал служить.

Вот только, — быстрая улыбка коснулась губ мага и торопливо сбежала, показавшись миражом. — Вот только Дарриен мертв, а Дроун не в себе, и клятву я ему не давал. Дарриен метил на место Айджиана, но кто этого не жаждет? Однако в последнее время это превратилось в одержимость. Я не мог нарушить своё слово. Приспешников же защищать не нанимался.

Приспешники всё ещё дергались отдельными частями тел.