Названная женой

Вот уж счастливчик, ничего не скажешь!

Если у них будет сын или дочь, то они вырастут в любви и с живыми родителями! Тут Гвенн прошило ещё одной тревожной мыслью, и Нис поднял голову:

— Моя жемчужина убежала мыслями на много лет вперёд? — приглашающим жестом позвал на моховый ковер, рядом с которым располагались еда и питье.

Гвенн опустилась на колени, сунула руку в трепещущее пламя и тут же отдёрнула её. Но испуг был напрасен: огонь грел, не обжигал.

— Знаешь, Гвенни, — тепло в голосе мужа ощущалось ещё сильнее, чем в костре, — я подумал: это первое, что ты сделаешь! Именно поэтому я ещё не отвозил тебя в Тёплое море.

Там всё ядовито, а твоё желание всё потрогать может довести до беды.

Нис молча притянул её к своей груди, обнял крепко двумя руками, мешая думать.

— Хватит переживать. Это не простое пламя, Гвенни. Говорят, в нём сгорают тени прошлого. Посмотри на огонь!

— В твоих объятиях, — прошептала царевна, устраиваясь поудобнее, — это можно делать вечно. Но я не хочу ничего забывать, Нис.

— И не надо.

— А тебе? — встревоженно повернулась к нему Гвенн. — Тебе есть что сжигать?

Нис прижал её к себе.

— Свои глупые мечты об Алиенне. Я рад, что ошибся.

— Ты? Ошибся?

Гвенн привычно подумала на себя и успела огорчиться, что ошибся Нис, когда взял её в жены.

— Это светоч, который греет ваши земли. Но люблю я тебя.

Взлохматил волосы Гвенн, а она смотрела на огонь. Перед Самхейном Чёрный замок заваливало снегом, пламя в очагах горело жарко, а они с Деем стучали по барельефам волков, вызывая дух Нуаду, живущий в подвалах.

Гвенн была уверена, что видела его, и не один раз. А уж громыхание цепи на единственной руке слышали все обитатели Волчьего Дома. Отец тогда наказал обоих, ведь «в благих землях запрещены три вещи: магия, любовь и дуэли», потому что они приводят к смерти. Теперь запрещёнными остались одни дуэли.

Затем полыхнули не внешним — внутренним огнём все её потери: мать, дядя Мэллин, отец, не живой и не мёртвый. Имя брата погрело, как костёр Ниса, отозвалось родным теплом, а не тянущей болью.

Гвенн не забывают писать ни Джаред, ни Алиенна. А уж приветы передаёт половина обитателей Дома Волка.

Нис протянул простую кожаную тыкву. Гвенн отвлеклась и насторожилась: супруг, небрежный к своему внешнему виду, очень тщательно относился ко всему, что касается жены. И зная её требовательный вкус, пользовался самой лучшей посудой.

Царевна глотнула и закашлялась. Вино — настоящее, земное вино из подвалов Чёрного замка.