Провинциалка в высшем свете. Книга 3. Ни дыма, ни огня

Она не удержалась и раздосадованно вздохнула.

— Вы ошибаетесь, — тем не менее, после недолгой паузы строго возразила она. — Фердинанд — это так. Мальчик на побегушках у моего отца. Ему лишь позволено так называться. Но именно отец является тем, кто ведает всеми делами короля.

Тегрей не стал спорить, лишь как-то странно хмыкнул. А я поняла, что Сесилию только что поймали на лжи. Без понятия, кто там ее отец на самом деле, но он точно не камергер.

В этот момент по залу полилась музыка вальса. Фред тут же заключил невесту в объятия и повел ее на середину зала, торопясь присоединиться к остальным парочкам.

— Позвольте пригласить вас, — вдруг обратился ко мне Тегрей и вежливо протянул руку.

— Простите, я отвратительно танцую. — Я виновато покачала головой. — Боюсь, что истопчу вам все ноги.

— Полноте. — Тегрей по-прежнему не опускал руку. — Вальс умеют танцевать все девушки. Главное: расслабиться и во всем подчиняться партнеру.

— Пригласите кого-нибудь другого, — продолжала я упираться.

— Я не хочу приглашать никого другого, — тихо, но с нажимом сказал Тегрей.

— Альберта, ну что ты, в самом деле! — неожиданно поддержала его Милдред, которая наблюдала за этой сценой с нескрываемым удовольствием. — Развейся. Я понимаю, что ты любила своего мужа. Но нельзя же в твои годы превращаться в затворницу, как огня чурающуюся любого мужского внимания. — И добавила, обращаясь уже к Тегрею: — Представляете, господин Треон. Альберта за все время, что провела у меня, ни разу не приняла ни от кого даже приглашения на чашечку чая.

— Это очень похвально, — проговорил он, довольно улыбнувшись. — Подобная скромность украшает девушек.

Осознав, что в покое меня все равно не оставят, я неохотно приняла предложенную руку. Ладно, Тегрей сам виноват. Я предупредила его, что танцую неважно. И это еще мягко сказано! Как частенько шутила моя матушка: мне в детстве медведь на ушах не только потоптался, но и попрыгал от души.

Выведя меня на середину зала, Тегрей ласково положил одну руку мне на спину.

— Запомни, моя дорогая Альберта, — прошептал он. — Не отводи от меня глаз и на миг. Не бойся. Я не позволю тебе споткнуться или упасть. Расслабься и получай удовольствие.

Легко сказать — расслабиться! Я была сейчас напряжена до предела. И не из-за страха опозориться, о нет. Просто сбылся мой самый страшный кошмар…

И в то же время — моя самая затаенная и отчаянная мечта, в которой я боялась признаться даже себе.