Сестры Тьмы

Когда мы были детьми, я всегда думал, что пару в тренировочных боях мне ставит именно Ролан, не потому, что он был моим лучшим другом, а потому, что он принадлежал к семье Ридов. Мы оба из семьи основателей, и с самого детства к нам было приковано очень много внимания: мы обязаны подавать пример другим темным и соответствовать завышенным ожиданиям людей. Но гораздо сложнее было оправдать ожидания своих родителей. Своего отца я почти не видел, он был правой рукой Альта Рида – наместника западных земель и отца Ролана.

А мать… Мама сильно заболела после рождения брата и так и не смогла оправиться. Сейчас она даже не узнает меня.

— Ты все-таки решился открыто завести отношения? Если честно, не ожидал от тебя, — сказал Ролан.

— Да это все из-за спора. Не верю, что Эйден по собственной воле решил накинуть себе петлю на шею, — сказал Кастер и рассмеялся. — У тебя осталось чуть больше месяца, чтобы уложить малышку Элен на лопатки, иначе твой фамильный кинжал станет моим!

— Я отлично помню, сколько времени у меня осталось.

Не волнуйся, у меня все под контролем, — улыбнулся я. Вспомнив сегодняшний поцелуй с Элен, я почувствовал, как к паху снова прилила кровь.

Раньше девушки падали в мои объятия по щелчку пальцев, и только с Элен я познал всю прелесть охоты и предвкушения. Почему-то я был полностью уверен, что в постели она будет очень горяча, и ее девственность не станет нам помехой. Я с огромным удовольствием сам всему ее научу. За одно и выиграю спор, о котором, честно сказать, периодически забывал.

Кастер и Нил жили на втором этаже, поэтому, попрощавшись с ними, мы с Роланом поднялись на свой этаж.

— Что будет с Элен, когда спор закончится? – в лоб спросил Ролан.

— О чем ты? Все с ней будет в порядке, или ты думаешь, я собираюсь использовать ее в жертвоприношении? – неловко отшутился я. Мне не нравились его вопросы, я еще сам не решил, как поступить дальше. Ничего больше мимолетного увлечения у нас с Элен не могло быть. — Я всего лишь собираюсь с ней переспать.

Раньше тебя этот вопрос не волновал.

— Раньше ты не объявлял о своем интересе во всеуслышание, — Ролан смотрел в упор, он всегда так делает, когда полностью уверен в своей правоте.

— Я ни к чему ее не принуждаю. Можешь у нее поинтересоваться, — ответил я. Не считать же за принуждение небольшое давление и шантаж. — Почему тебя так волнует ее судьба?

— Она кажется хорошей, порядочной девушкой, ты сломаешь ее. А то, что останется, с удовольствием доломает Аника.