Сестры Тьмы

Не успела я додумать эту светлую мысль, как мою грудь пронзила адская боль. Опустив глаза, увидела, как тёмные щупальца прошивают меня насквозь. Я задохнулась в немом крике. По моим ощущениям, это продолжалось целую вечность, боль раздирала тело на куски. Виселица и костёр показались мне не такими уж плохими вариантами.

Наконец всё закончилось, и я без сил повалилась на землю. Было очень тихо, тело будто онемело, даже моргать стало тяжело. В лицо светила полная луна, из глаз катились слёзы, а я думала о том, что заслужила эту боль.

С тех пор тьма затаилась, даже приступы злости больше не провоцировали её появление. Но теперь я отчётливо ощущала её в своей груди, в том месте, где у нормальных людей находится сердце.

— Сходим сегодня на реку после обеда? Невыносимо печёт, — предложила Инес, утирая влажный от пота лоб. Тёмные пятна расползлись подмышками её простого серого платья, которое было точной копией моего. Но даже это не портило её нежную красоту. У Инес были длинные золотистые волосы, светлая кожа и голубые глаза.

Она будто сошла со страниц романов, которые затёрла до дыр, поскольку их было не так уж и много в нашей библиотеке. И даже серое потрёпанное платье, которое на мне смотрелось облезлым мешком, лишь подчёркивало её хрупкую фигуру.

— Давай, но только недолго, мне ещё нужно в библиотеку, боюсь, завтра Кларисса не даст нам и минуты отдыха. Она совсем озверела, я уже трижды на этой неделе драила читальный зал, ещё немного и пол там протрётся насквозь, — сказала я, спрыгивая с подоконника.

Мы стояли в коридоре в ожидании следующего урока. Рядом крутились другие девчонки из нашего класса, периодически краем уха я улавливала упоминания тёмного.

— Я слышала, что в местной газете написали о случае в конюшне. Якобы сам городничий в том году выделял деньги на строительство новой. И вообще, приют должны были расширить, вроде как здесь хотят сделать закрытую школу для девочек.

— Ничего себе, — протянула я. — Теперь понятно, почему Кларисса рвёт и мечет. А что будет с нами?

— Не знаю, — задумчиво сказала Инес.

— Может быть, её уволят и главой назначат какого-нибудь молодого красавчика управляющего, который наведёт здесь порядок и...

— Ага, и обязательно влюбится в одну из подопечных, — безжалостно прервала её мечтания.

— Мира, почему ты такая колючая? — Инес правильно оценила мой язвительный тон.

— Потому что это жизнь, Инес, и здесь не место любви. Меня выкинули собственные родители сразу после появления на свет. Да и тебя тоже.