Феня Лучезарный. Рассказ первый

— Влетит?! — разъярился еще больше Феня, — да ты работаешь сутками за маленькое жалование! Имеешь полное право опаздывать по утрам! — заявил он.

— Ага, спасибо, — улыбнулась Саша, — Вот только профессор так не считает.

— Значит, нужно убедить его в своей правоте. — отрезал Феня. — Тобой же просто манипулируют. Как ты можешь работать дни и ночи напролет? Вот скажи, что ты получишь за то, что совершишь грандиозное открытие в скором времени?

Саша задумалась.

— Да все то же жалование, — пожала плечами она, — это же моя работа.

— Значит так! — нахохлился Феня, — Слушай меня! Кроме тебя самой правосудие по отношению к твоей персоне никто не восстановит. Неужели ты хочешь всю жизнь горбатиться на этого профессора за маленькое жалование? Да, ты младший сотрудник. Но гордость у младшего сотрудника тоже должна быть хоть какая-то! Тем более работы на тебе не початый край! Когда мы Землю спасать будем?! — все это время Феня активно размахивал крыльями, чем начал вызывать удивление прохожих. — Заявись к своему руководству со словами: «Либо увеличиваете мне жалование в трое, либо уменьшайте количество рабочих часов».

— Ага, вот оно что! — подумала Саша, — о своей миссии он беспокоится, а не о моем жаловании.

— Подумай Саша, Кто тобой манипулирует? Нужно держаться от таких людей на расстоянии либо диктовать свои условия. — отрезал петух.

— У меня создалось впечатление, что манипулятор сейчас никто иной как Феня! — отозвалась Саша, — Раз ты так беспокоишься о моей гордости и моем жаловании, почему бы тебе не задуматься о том, за какие проступки тебя наградили небеса петушиной оболочкой? — завелась не на шутку девушка.

— Да, я искусный манипулятор, так и есть, — подтвердил дух, — но я манипулирую из чувства доброты к тебе, — пояснил Феня. — Я прирожденный лидер, полководец разящий золотым мечем вражеские силы! Без манипуляций тут никак, как же я по твоему должен вдохновлять воинство на сражения?! — удивился дух, все же очевидно.

— К тому же, — обиделся Феня, — я старался тебя приободрить, а ты мне за это что? Соль на рану сыплешь?

— Прости, Фень, — погрустнела Саша, — Ты прав, я с этой работой жить не успеваю, уже тридцать пятый год канул, а я все барахтаюсь на одном месте. Ни семьи ни повышения по службе.

— Мда, — тяжко вздохнул дух, — а у меня десятитысячный год канул, половину из которых я даже жизнью назвать не могу, — совсем поник духом Феня.