Ты моя весна

Офицеры, отдав своему главе честь, уже покинули кабину, и здесь, помимо неё и Леи, остались Чубакка и Дэмерон что-то показывающий вуки на приборной панели. Возможно, очередной заевший датчик, потому что Чуи со всей силы стукнул мохнатым кулаком по экрану и довольно заворчал, когда тот издал писк на бинарном языке.

— Ты что-то хотела?

Девушка немедленно подобралась и посмотрела главе Сопротивления прямо в глаза.

— Да, генерал. Мне нужно с вами обсудить одну… проблему.

Что-то было в голосе девушки такое, от чего Лея мгновенно напряглась.

Она бросила быстрый взгляд на По, тот понял её без слов.

— Эй, Чуи, — подал голос Дэмерон, хлопая вуки по плечу. — Так как корабль забит по самые вентиляционные гланды, пойдем, проверим, что там с посадочным механизмом. А то не хотелось бы рухнуть генералу Калриссиану прямо на голову из-за перегрузки двигателей.

Чубакка презрительно фыркнул, но последовал за главным пилотом Сопротивления. В конце концов, в этом корыте всегда что-то нуждалось в починке. Уж он-то об этом знал лучше всех.

Когда за их спинами с мягким шипением закрылась дверь, Лея снова посмотрела на Рей, делая приглашающий жест и указывая на место второго пилота.

— Я слушаю тебя, — произнесла генерал, стоило Рей опуститься в кресло.

— Мне… — девушка замялась, не зная, как вообще начать этот разговор. — Я видела сон.

— Когда? — немедленно откликнулась Лея.

— Только что. Я поэтому и нашла вас.

Женщина напротив молчала, давая возможность собраться с мыслями и продолжать. Рей судорожно перевела дыхание и бросилась в омут с головой:

— Мэм, мы должны закончить эту войну!

Слова упали в тишину кабины.

Генерал Органа по-прежнему молчала с нечитаемым выражением лица. Лишь смотрела прямо в глаза, водя тонким пальцем по плотно сжатым губам. Ни одним движением она не выдавала своих мыслей. Рей вздохнула и поняла, что продолжать придется ей самой. Она уже набрала в грудь воздуха и приготовилась говорить, как Лея неожиданно спросила:

— Что ты видела, Рей?

Девушка вздрогнула от неожиданности, но заговорила.

— Я… я видела планету, всю объятую огнем, — еле слышно начала она, вновь ощущая себя маленькой мусорщицей с Джакку, одинокой и напуганной. Ей было действительно тяжело и страшно это вспоминать, но она должна была. — Я стояла там и смотрела, как гибнут люди. Много, очень много погибших. Шёл бой, летали истребители, всё вокруг горело и взрывалось… а потом, — она нервно перевела дыхание, — потом взорвался наш звездный крейсер.