Ты моя весна

— Ты умираешь, — пораженно и страшно прошептал мужчина, и вдова его лучшего друга грустно улыбнулась. — Что произошло?

— Я говорила, что недавно почувствовала эмоции и мысли сына. Это было, когда я находилась на капитанском мостике «Раддуса». Наши бомбардировщики гибли одним за другим, а истребители Ордена подобрались слишком близко. И там, среди них, этих черных бестий был и Бен… Кайло, — Лея покачала головой, досадуя на себя за такую оговорку. Вряд ли она когда-нибудь привыкнет. — Я чувствовала, что он готов нанести последний удар, но тут наша связь ожила.

Он понял… и не смог. То, что осталось в нём от Бена Соло не дало нанести последний удар. Зато его напарник сделал это. Выстрелил прямо по мостику, и взрывной декомпрессией меня вынесло в открытый космос.

— О, Сила… — пораженно прошептал Лэндо. — Но как?..

— Как я выжила? — Лея грустно усмехнулась. — Хороший вопрос. Я помню, что в момент взрыва меня что-то окутало. Это помогло мне пережить и жар огня, и холод космоса. А потом я очнулась, и Сила ожила во мне.

На короткий миг, я смогла использовать её, — женщина замолчала, вспоминая тот кошмарный бой. — А потом была кома. Я плыла в потоке Силы, уже готовая слиться с ней, но что-то меня держало, не давало сделать последний шаг. И оно казалось таким родным, знакомым, близким. Это шептало мне, просило вернуться.

Калриссиан слушал её затаив дыхание, всё еще неспособный осознать, что Лея выжила после такого. Тем временем, Лея продолжила:

— Это был мой сын. Он не дал мне уйти, держал меня, помог очнуться.

А потом меня позвал Люк, и я пришла в себя. Но за то, что я до сих пор здесь, следует благодарить именно сына.

— Ты уверена?

— Как ни в чем другом. Я чувствовала его след в Силе ещё с момента, как начало биться его сердце в моей утробе. Никогда и ни с чем я не спутаю эти ощущения.

Тишина повисла между ними. Лея Органа-Соло судорожно сжимала свою трость, вновь и вновь воскрешая в памяти те ощущения, которые вернули её к жизни.

— Но этого оказалось недостаточно? — нарушил молчание Лэндо.

— Нет, — женщина покачала головой. — Одного его желания слишком мало. Но даже тот факт, что он смог на таком расстоянии удержать меня, свидетельствует, что мы с Ханом создали удивительного по силе форсъюзера.

В её голосе была такая нежность, что у Лэндо защипало в глазах. Кажется, он все же постарел. Калриссиан взял в свои руки её ладонь и нежно сжал. Он обязан позаботиться о Лее, хотя бы в память о Хане, ведь, кажется, у неё больше никого не осталось.