У судьбы две руки

Алина дрожащей рукой стерла со лба бисеринки пота и облизала пересохшие губы.

– Я себя чувствую хорошо, просто замечательно, – торопливо произнес Герман. – А вот вы, похоже, не очень.

– Это пройдет, – тихо ответила она и встала. – Нам нужно, как вы говорите, идти.

– Похоже, это теперь мне придется нести вас.

– Не надейтесь. Я приду в себя быстро, когда съем шоколада и выйду на воздух. А вот ваши травмы пока так и остались с вами. Я вас не вылечила. Только немного ослабила боль.

– Как вам это удалось?

– Долгая история, – довольно резко ответила она и покинула комнату.

Когда Герман вышел в коридор, Алина уже стояла в куртке. В одной руке девушка держала распечатанную шоколадку, от которой, не обращая внимания на мужчину, откусила сразу большой кусок. Она взяла сумку, и они тихо, стараясь не производить шума, вышли наружу и обогнули дом.

Забор, за которым располагался пустырь, был не то чтобы высоким, но перелезть через него оказалось непросто.

Герману пришлось вначале подсадить Алину, и когда он удостоверился, что она благополучно приземлилась по ту сторону, поискал сам, что можно использовать в качестве приступки. Когда он наконец‑то спрыгнул на землю, поврежденное ребро напомнило о себе пронзившей грудь болью. Он от неожиданности хватанул воздух ртом, но затем выдохнул осторожно и медленно.

– Как выдастся возможность, сразу же обратитесь к врачу, – тихо напомнила Алина, помогая ему подняться.

– Угу.

– Куда нам теперь?

– К лесу, – неопределенно махнул он рукой. – Вон через те кустарники. И пригнитесь на всякий случай.

– Мне кажется, вы все же преувеличиваете.

– Преувеличиваю, – усмехнулся Герман. Ему не нравилось то, что сейчас они, перебравшись через забор, находились на пригорке и были видны как на ладони. Он оглянулся на поселок и заметил какое‑то движение во дворе одного из домов.

– Вот, полюбуйтесь.

Он дернул девушку за рукав и указал на возвышающуюся над крышами «мачту», по стволу которой кто‑то взбирался на самую верхушку.

Алина, проследив за его жестом, испуганно вскрикнула и тут же поднесла ладонь ко рту:

– Он же свалится! Там все ступени сгнили!

– А вы присмотритесь и увидите, что ступени ему не нужны.

Кто‑то и правда лез по столбу как кошка, быстро и ловко переставляя попеременно все четыре конечности.