Варвара и драконий хвост

– Требую, чтобы ты вернула камень владельцу!

– Он его уронил, а я просто подобрала, – робко возразила мне Изольда. – Его все равно бы украли. Не я, так те же бандиты, которые за тобой гнались. Между прочим, после этого они погнались за мной. Я же тебя спасала, неблагодарная!

– Чтобы сегодня же вернула! – топнула я ногой.

– Барбара, опять сама с собой разговариваешь? – окликнул меня мой опекун. 

Проснулся и приперся, будь он неладен. Усы торчком, на голове плешь, тщедушный, но при этом пузатый. О, да он при параде сегодня: из-под кожаного пояса на пивном животе, игривой юбочкой выглядывала ярко-синяя праздничная рубаха.

 

Скофич подкрутил ус, почесал голову и растерянно добавил:

– И почему мне кажется, что я слышал воронье карканье? Хотя, с тобой можно ожидать чего угодно... – ткнул он в мою сторону пальцем. – Послали же всеблагие наказание!

Началось. Я перехватила метлу поудобнее и проследила за Изольдой, сцапавшей подвеску и умотавшей с ней на раскидистый клен. Там у неё был тайник, в котором и хранилась моя золотая цепочка, подарок от бабушки.

Это я так думала, что только цепочка. А теперь придется лезть на дерево и проводить ревизию! Вдруг она еще чего "подобрала"?

– Ведь никакой пользы от тебя, одни убытки! – тем временем разорялся мой опекун. – Мы с супругой не спим, не едим, чтобы заменить тебе твоих беспутных родителей! 

Ну вот тут неправда. Кушало семейство Скофичей очень даже хорошо. Наша королева, сама сирота, была ярой противницей приютов, считая, что ребенок должен воспитываться в семье, и щедро платила опекунам, взявшим сироту на воспитание.

Чтобы эти деньги получить, им нужно было меня показывать, что мол жива-здорова, сыта и довольна. А вот приданое без мужа не выдавали. Да и не больно-то я хотела замуж в девятнадцать лет. 

Дремучие люди! Они тут не то, что до двадцати все поголовно женятся, они в восемнадцать – перестарки! Моя бабуля бы в обморок свалилась, узнай, где растет её любимая внучка, воспитанная не без помощи её самой на заветах Клары Цеткин! Тут же даже штаны надеть нельзя, какое восьмое марта?

Вздохнула.

Тут и марта нет. И месяцев в году тринадцать. И неделя – седмица…

Не киснем, Варвара!

– Та-де-ус! – заорала моя опекунша. Ну и голос, уши в трубочку сворачиваются! – Почему бочка в подвале пустая? Ты что, выпил всё пиво?!

Нер Скофич спал с лица и побежал на крик, мгновенно обо мне позабыв. 

– У кого тут до пояса коса?! – гаркнул мужской бас мне прямо в ухо так, что я подпрыгнула.