Табель первокурсницы

Иногда артефакт просто отказывался что-то показывать, тогда как в другое время картинки сменяли друг друга, едва ли не опережая мысли просителя. Да, только просителя — приказы, даже магические, «Око» игнорировало. Многие связывали эту избирательность с личностью владельца, некоторые с фазами лун, а некоторые с волей богинь, которая, как известно, объясняет все.

Во-вторых, «Око» показывало почти все, но было весомое «почти». Артефакт слеп, когда дело касалось другого «Ока». «Глаза Дев» не видели друг друга, не видели других хозяев, их домов.

Они видели свои дома, свои спальни, кладовки, детские… но не могли заглянуть за стену, где находился точно такой же артефакт. «Око» мистера Миэра показало грабителя, которого он застрелил.

А ведь, если задуматься, отец Гэли несметно богат, я не имею в виду торговую компанию и дирижабли, я имею в виду артефакт Дев.

— Ох, не к добру, — пробормотала домоправительница. — Говорила я вашему батюшке, что от этого «Глаза» будут одни неприятности.

— Перестань, Мила, ты пророчишь беду после каждого крика найки.

Серые гончие во всем разберутся, — подруга подтянула колени к груди и обхватила их руками.

Серые гончие — псы порядка, те, кто стоит на страже покоя и благосостояния Аэры. Они расследуют кражи, ищут пропавших детей, предают суду убийц и провожают на виселицу разбойников. Серые не подчиняются ни магистрату Академикума, ни первому советнику. Они отчитываются только перед князем. Серыми становились как жрицы, так и рыцари,  и маги, и даже простые стражники, подавшие прошение на перевод.

С этого момента любой полученный ими знак отличия становился серым, будь то алый ключ, блестящий меч, зеленый пузырек или воинский шеврон. Они больше не служили своему сословию, они служили всем.

В Кленовый Сад серые приезжали лишь один раз, когда крупная партия руды не добралась до столицы. И быстро уехали, прихватив с собой управляющего — к вящему недовольству отца, который хотел лично повесить вора.

Серые гончие — гарант спокойствия, без них города давно утонули бы в преступных нечистотах.

Кражи и убийства — как раз по их части.

— Уж эти серые разберутся, знаем мы, как они разбираются, — продолжала ворчать старушка.

— Неужели? — спросил веселый голос, и мы повернулись к бесшумно вошедшей жрице, даже створка не скрипнула. — Мне не расскажете?

— Спаси меня, Девы, — замотала головой Мила.

— Жаль, — женщина прошла в комнату. — Тогда поговорим с юными магессами. Мисс Миэр и мисс… — она выразительно подняла брови.