Табель первокурсницы

Зерна изменений, не успевшие толком сформироваться, ринулись вдогонку  за  убегающим свертком.

Я сжала руку в кулак, сжимая не столько воздух, сколько неподатливый металл оправы зеркала. Оно не было заговорено от изменений. Железо менять трудно, это кропотливая работа, требующая времени и терпения. Но у металлов и еще некоторых веществ есть особенность, не очень приятная для магов. Стоит коснуться железа, посеять зерна изменений, которым просто не хватит времени, чтобы прорасти, как металл замирает в пространстве, вбирая в себя то, что предложил ему маг.

Со стороны выглядело так, словно к мальчишке была привязана веревка, и в самый неожиданный момент она, натянувшись, дернула его назад, как сторожевого пса, бросившегося на незнакомца, но забывшего, что сидит на цепи. Мальчишка вздрогнул и опрокинулся на спину, прижимая к себе сверток с зеркалом.

Подняться ему не дал черный кожаный сапог. Чья-то нога наступила воришке на плечо. К нам уже бежали — кучер Миэров и давешний водитель.

— Ми… милорд Виттерн, — проговорила Гэли за секунду до того, как я подняла взгляд на обладателя сапога и посмотрела прямо в изуродованный глаз.

— Так, Астер, — холодным тоном лектора начал говорить магистр. — Ученикам не запрещено применять магию в городе, но только если окружающие видят, что перед ними именно ученики. — Он повернулся. — Вы знаете правила, Астер. Где ваш значок?

Я достала из-под куртки эмблему Магиуса.

— Носите на видном месте, хоть на лоб себе приклейте, но без него не смейте колдовать, иначе плакали ваши прогулки по городу.

— Да, милорд, — я сделала реверанс.

— Теперь вы, Миэр, — он наклонился и выхватил у парня сверток.

— Пощадите, ваше магичество, — тут же завыл чумазый мальчишка. — Девами молю, обещаю, больше никогда…

— Отвези леди домой, — учитель протянул сверток нашему кучеру. — И не вози их по задворкам, даже если очень попросят.

— Все сделаю, ваше магичество, леди в лавку пошли, кто ж знал… — забормотал мужчина.

— Милорд Виттерн, — водитель мял фуражку. — Я ждал вас с другой стороны.

— Можешь ждать дальше, а ты, — полуприкрытый глаз остановился на размазывающем по лицу слезы мальчишке. — Вставай, — и убрал сапог.

Пацан вскочил, готовясь в любой момент задать стрекача,  теряя на бегу заскорузлые ботинки без шнурков.

— Держи, — в воздух взлетела серебряная монета, воришка ловко поймал ее и тут же рванул вверх по улице, сверкая почти  насквозь протертыми подошвами.