Сын ветра

— С вашей стороны крайне жестоко пить алкоголь в то время, когда мне его нельзя, — тут же упрекнула его "супруга". — К тому же он неприятно пахнет. Мне дурно от одного его вида.

Тьен закатил глаза. Он вдруг понял, почему Макс предпочёл сбежать.

9. Обстоятельства

Яхора и Беллу затащили в мобиль, где им на голову надели мешки, увезли — явно за город, потому что ветер звучал там совсем по-другому. Потом затолкали в какую-то карету и дальше везли уже на лошадях. Разумеется, на лошадях — каждый мобиль зарегистрирован, каждый имеет владельца.

А лошади в провинции всё еще используются повсеместно — во-первых, мобили слишком дороги для простых смертных, слишком приметны, да к тому же они хорошо ездят по ровным мостовым, а на просёлочных дорогах ломаются куда чаще, чем лошади. 

Яхору удалось снять с головы мешок, потом он распутал и Беллу. Как он и догадывался, ехали они в дилижансе, судя по высоким лавкам — бывшем почтовом. Белла отчаянно вцепилась в него, мешая что-либо разглядеть вокруг, разревелась, всхлипывая, а он прижимал ее к себе, гладил по плечам и волосам и думал совсем не об опасности.

Юноша понимал, что делает что-то не то, но удержаться не было никаких сил. Ее губы были так близко, что не прикоснуться к ним было совершенно невозможно. А почувствовав их соленую нежность, поймав дрожь, слизнув языком слезы, остановиться уже не мог. Тем более она вдруг всхлипнула ещё сильнее, но как-то по-другому, обвила руками его шею, неловко отвечая на поцелуй.

Она! Его! Целовала! Ерошила пальцами затылок, вжималась в него грудью, касалась языком его языка... У Яхо колотилось сердце и в животе холодело, словно он прыгнул с башни замка Нефф. Какая она нежная, какая сладкая! Как удобно ложится его ладонь на изгиб поясницы, притягивая ещё ближе!

Все же Яхор всегда гордился своим самоконтролем. Даже когда экспериментировали с его рукой, не позволил себе застонать от боли. И сейчас он заставил себя оторваться от нее, прерывая самый упоительный поцелуй в своей жизни, правда, мозг ещё не включился, поэтому вместо извинений он ляпнул:

— Если ты сейчас назовешь меня братцем Яхо, я тебя из окна выкину.

Изабелла посмотрела на него как-то странно, раздумчиво, но ничего не ответила, только кивнула и принялась поправлять волосы. Плакать она перестала. Неплохой способ успокаивать девушек, как видимо. Ему даже захотелось, чтобы она снова заплакала... Но это, конечно, было крайне эгоистично с его стороны.